— Не переживайте, — холодно ответил чиновник. — На следующей неделе я отдам их вам.

— Через три дня, сударь. Я требую возврата указанной суммы через три дня.

Гёпф задохнулся от злости и отчаяния, но нашёл в себе силы спокойно попрощаться и покинуть дом Адалхайдов. Неторопливая езда по городу привела его нервы в порядок, а в голове всё время мелькала мысль, что он правильно поступил, не рассказав наглому Далфину о статусе эрла Сироты. Вот будет сюрприз, когда молодой наследник рода Толессо придёт за головой своего врага!

Когда что-то меня беспокоило, я старался найти причину, порой погружаясь в размышления настолько глубоко, что отвлечь от дум мог только пушечный выстрел, да и то не всегда. После встречи с префектом я даже не заметил, что машинально направил Мишку в ту сторону, куда частенько в последнее время ездил.

— Командор! — раздался возглас над самым ухом. Это Рич, нисколько не смущаясь, гаркнул во всю глотку, распугивая голубей. — Мы едем к герцогу Хуггорту?

— Что? — я очнулся и огляделся по сторонам. Действительно, знакомая улица с потрёпанными ветрами деревьями, устланная листвой дорога — всё подсказывало, что наша кавалькада приближается к особняку герцога. — Точно. Какой бес меня сюда завернул?

— А мы видим, ты в задумчивости поводья ослабил, а твой жеребец спокойно так поворачивает на Ореховую улицу! — хохотнул пластун. — Ну, думаю, Мишке виднее, куда ехать!

В самом деле, коняшка умный оказался. После нескольких бесполезных поездок к герцогу он выучил дорогу. Я не стал поворачивать обратно. А вдруг наместник вернулся из столицы и сейчас находится в своём особняке? Бывают же чудеса? Тем более, со мной по какой-то странной причуде едут и виконт Агосто, и Наби-Син. Два человека, которые могут своими показаниями развеять подозрения Хуггорта. Чем чёрт не шутит. Или Кракен? Мне очень хотелось помочь Ниму, которому светило только два варианта: всю жизнь бегать от правосудия или сесть в тюрьму и провести там всю молодость. А виконт уже собрался просить руки племянницы эрла Ронессо из Невермута.

Агосто натянул поля шляпы на нос, и мерно покачиваясь в седле, погрузился в раздумья. Ко мне приблизился Наби-Син и странным голосом произнёс:

— Господин, у меня не очень приятные новости.

— Говори.

— Когда мы проезжали по главной площади города, я заметил одного человека, который должен быть мёртв. Это мой брат, федаин Ордена низаритов. Его зовут Дор Хадан. Мы вместе были в Натандеме.

До меня стало доходить.

— Подожди, это не тот, кого убил лично я?

— Нет. Того звали Акашем. Сильный воин. А Дор охранял вход.

— Хм… ты уверен, что видел именно его?

— Да. Это был Дор Хадан. Он изменился, но не настолько, чтобы я не признал своего брата, — Наби-Син помолчал и поправился: — Бывшего брата.

— В таком случае ты знаешь, что делать, — я пожал плечами. Рефлексировать по этому поводу совсем не хотелось. Во все времена так происходит. Люди меняют предпочтения, присягают одному господину, потом другому, и не испытывают угрызений совести. Я скрестил своё оружие с сильным низаритом, победил его в бою и взял клятву кровью. Наби-Сина никто не просил поступать таким образом. Он мог вскрыть себе горло и умереть в том доме, но посчитал разумным остаться в живых и служить более сильному сюзерену.

— Да, я знаю, — кивнул воин. — Мне нужно проникнуть в «Шёпот ветра» и убить всех, кто там сейчас живёт. Вместе с амилем Кафхэном Нофре. Чтобы меня не считали трусом и предателем, я обязан встретиться с братьями лицом к лицу.

— Эй, тебя убьют, — возмутился я. — Против таких же ловкачей ты вряд ли устоишь. Избавься от одного свидетеля, и хватит.

— Боюсь, Дор узнал меня тоже, — низарит был бесстрастен.

— Согласен. Лучше приготовиться к худшему, — кивнул я, — чем благодушно ждать, когда тебя отыщут и прирежут.

— Ха-ха! — на лице Наби-Сина появились эмоции, с которыми он вступал в бой с врагами. — Понимаешь, командор, я обязан встретиться с амилем и братьями, объяснить им причину своего поступка. А значит, ты должен пойти со мной. Амиль должен убедиться, что я выбран богами для службы новому господину. Достойному и сильному.

Ну ни хрена себе! Как представлю, что надо лезть в змеиное гнездо, где каждый низарит стоит пятерых моих ребят, мурашки по коже маршировать начинают. Конечно, я вместе с Наби-Сином хорошо подготовил штурмовиков, натаскивая их именно на противника такого уровня, как «ночные убийцы». Но сомнения оставались. А когда они есть, лучше не рисковать. Но мой «личный» низарит сказал однозначно: мы должны войти в укреплённый особняк, который я неоднократно рассматривал с борта «Тиры» и даже раздумывал, как провести атаку на это опасное гнездовище.

— Ты уверен, что нам нужно прийти к вашему этому амилю? — я досадовал на странные обычаи Ордена.

— Сейчас в «Шёпоте ветра» очень мало бойцов, — уверенно ответил Наби-Син. — Не больше пяти-шести человек. Если придётся драться, мы с ними справимся.

Твою мать! И ведь не дашь заднюю, не придумаешь причину, по которой мы можем отказаться от авантюры упёртого халь-фаюмца. Хотя, о чём я? Орден низаритов всегда отличался собственной и непонятной для других моралью. Для них своя-то жизнь подобна полёту сухого листочка, сорванного с ветки. Не говоря уже о людях, которых они убивают по заказу. Может быть, Наби-Сину важно объяснить свой поступок, чтобы потом не бегать от своих дружков? А ведь он прав, если посмотреть на ситуацию с другой стороны. С той минуты, когда Наби дал мне клятву, он находится рядом со мной. Нетрудно догадаться, к кому придут убийцы? Да-да, в мой дом, к Тире. Я не могу рисковать жизнью любимой женщины и всех, кто окружает её.