— Пойдём.

Я поддержал её под локоть, чувствуя, как напряглись её мышцы под моей ладонью. Мы направились в сторону входа. Аграфена шла впереди, время от времени оглядываясь через плечо с едва скрываемым беспокойством.

Мы прошли по длинному коридору с массивными портретами моих предков, в тишине отдавались только наши шаги по мраморному полу. Наконец, мы остановились перед дверями в гостиную. Аграфена распахнула их, и я услышал лёгкий шум голосов, который мгновенно стих, стоило нам войти.

В гостиной собралась почти вся семья. Отец сидел в одном из кресел у камина, склонив голову. Мать стояла у окна с чашкой чая в руке. Виктор сидел на диване, откинувшись назад и скрестив руки на груди. Аграфена вошла следом за нами и тихо прикрыла за собой дверь.

— Алексей, — голос матери был холодным и ровным. — Радостно видеть, что ты наконец вернулся домой.

Я открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент заметил ещё одну фигуру в кресле у окна.

Ида Юсупова.

В комнате резко стало душно, словно жарким летом перед грозой.

Все взгляды устремились на нас — точнее, на Агату. Она стояла чуть позади меня, по-прежнему закутанная в мою куртку, со своим неизменным выражением легкого пренебрежения и насмешки на лице.

Отец медленно поднялся с кресла, сложив руки за спиной.

— Алексей, — его голос был ровным, но в нем слышались ледяные нотки. — Я полагаю, ты объяснишь нам свою внезапную пропажу… и столь неожиданное пополнение в составе дома?

— Конечно, — я спокойно кивнул и взглянул на спутницу. — Именно за этим я и пришёл.

— Алексей, что здесь происходит? — добавила мать, прищурив глаза. Она смерила Агату долгим взглядом, и в этом взгляде читалось всё: от непонимания до откровенного раздражения.

Я увидел, как Виктор, сидевший по правую руку от отца, буквально вцепился взглядом в Агату. Его глаза стали узкими щелками, губы слегка приоткрылись, словно он хотел что-то сказать, но не знал, с чего начать.

— Тебе есть, что сказать, брат? — бросил я ему с лёгкой усмешкой.

— Она… кто это? — голос Виктора прозвучал приглушённо. Он смотрел на Агату так, словно двадцать лет спустя увидел первую школьную любовь.

— Это Агата, — спокойно ответил я. — С этого дня — моя личная помощница. Она не может похвастаться знатным родом или громкой фамилией, однако ее преимущество не в этом.

— Кажется, я вижу, что тебя в ней привлекло, — не скрывая сарказма, сказала Ида. — Тут разве что слепой не заметит…

Виктор моргнул. Отец медленно сел обратно в кресло, наблюдая за мной с выражением терпеливого ожидания.

— Личная помощница? — переспросила мать. — Не рановато ли тебе обзаводиться собственным штатом слуг, Алексей? Тем более что ты прекрасно знаешь, что в нашем доме принято тщательно подбирать персонал.

— Я разберусь с этим, — твёрдо сказал я. — Прошу вас довериться мне.

Ида взглядом едва не прожгла дырку на моей рубашке. Она не отрывала глаз от Агаты, и в её взгляде читалась скрытая ревность, смешанная с недоумением и… возмущением. Моя пассия явно почувствовала себя оскорбленной. И ее можно было понять. Откуда Ида вообще здесь взялась?!

— Алексей… — тихо сказала Ида. — Кто она?

— Я же сказал — моя помощница, — повторил я. — Но если вы хотите больше конкретики о том, почему я выбрал именно ее…

— Да, было бы неплохо, сын, — отозвался глава дома и скрестил руки на груди.

Я обернулся к Агате и чуть заметно кивнул.

— Покажи им.

Агата опустила глаза, её зрачки на мгновение окрасились в ярко-зелёный цвет. В воздухе повисло напряжение. Её руки начали светиться тем же зеленоватым сиянием.

Сиянием чистой энергии Искажений.

Мать сделала резкий шаг назад. Виктор медленно поднялся на ноги, а Ида даже подалась вперёд, не веря собственным глазам.

— Агата обладает уникальными талантами, — спокойно сказал я. — Она способна взаимодействовать с аномальной энергией на самых глубинных уровнях. Этот дар может пригодиться всем нам.

Агата подняла голову, её голос прозвучал низко и хрипло:

— Светлейший князь спас мне жизнь. Я поклялась служить ему, и я буду защищать его и его семью.

Ида сжала губы. Виктор смотрел на Агату, как заворожённый.