«Так, что-то двусмысленно выходит. Гусары, молчать!».

Юрий, плотно закусив очень даже неплохой снедью, выпив — «в плепорцию», сослался на завтрашнее дежурство по штабу и — отбыл! Как ни маячил ему взглядами подпоручик.

— Ты понимаешь, Юрий… Как бы это поделикатнее… Варвара, конечно, женщина в соку, весьма знойная штучка. Но… несколько навязчива, что ли! — невнятно объяснял Юрию уже изрядно поддатый Гордеев, — Одно дело — приятно провести время. Обоюдоприятно, я бы сказал… Но! Я же не собираюсь на ней жениться! Вот еще…

Подпоручик фыркнул, покачал головой:

— Подчас я даже сожалею, что тогда… Не удержался. Но ведь… Сам пойми — в средствах я стеснен. А тут… стол такой, что чувствуешь себя истинным раблезианцем. Да и женщина… очень уж неплоха. Но… душно с нею как-то, душно!

«Не хер! Пусть отрабатывает. А то — ишь ты! Душно ему, видите ли! Налопался, как кот на Масленицу, а расплачиваться кто будет? Нет, Максимка! Ты уж тут сам как-нибудь! И не одними только песенками. Тем более… Паша обещала попозже забежать на огонек!».

Женщина и впрямь посетила «приют убогого чухонца»:

— Спать уложила! Надрызгался, постылый. Все лез да в чувствах признавался, поганец. Пять лет прожили — хоть бы раз слово ласковое сказал! А тут — что ты?! Как кто-то другой обратил внимание, так и сразу… Пашенька, Пашенька! Раньше нужно было думать!

Пробыла она у него недолго, часа три. Но…

«М-да уж! Растет мастерство, и опыт обретается. Прямо вот — ух! С желанием женщина подходит. Ей бы еще чуток фантазии и инициативы. Но на всякое предложение реагирует с энтузиазмом!».

Начальство Плещеева несколько «припахало». Если семьи нет, в гости не зван, то тянуть тебе лямку, корнет, как медному котелку! Почти все праздники — в штабе. Но Юрий не обижался: как и в реальности, здесь люди ждали этих праздников. А если есть куда пойти и с кем общаться — чего же не дать таковую возможность господам офицерам? Вот-вот…

И вот здесь, стоило ему лишь помечтать о ничегонеделании дома… Ротмистр, будь он неладен! И ведь особого желания блудить не было — спасибо Паше. Баня разве что…

К удивлению Плещеева, компанию ему и ротмистру составил адъютант командующего, поручик Рузанов. А у Юрия уж сложилось было впечатление о Николае, как о скромном и интеллигентном офицере-интеллектуале. Но видимо, «в тихом омуте — черти водятся!».

Ростовцев разливался соловьем:

— Время я такое выбрал, Юрий Александрович, дабы не попасть впросак! Позднее могут и ангажировать самые пристойные номера. Да и этуалей — тоже. А так… Снимем все сливки!

Корнету представлялось несколько некорректным сравнение банных жриц любви со сливками: «Там сливки уже давно сняты!».

Меж тем ротмистр продолжал:

— Шампанское, конечно, не «Вдова Клико», но — что уж удалось достать у местных торгашей. Однако несколько бутылок Цимлянского — имеется. Хересу еще взял да Малаги. Но это больше для девок, они сладкое любят.

«Похоже, все-таки пить придется много. Хорошо еще, что я додумался потренироваться в выводе алкоголя из организма. Пусть и не все получается, но может, и хватит силенок продержаться, чтобы не упиться. А с Ростовцевым этого стоит ожидать!».

— А вы, поручик, как смогли отпроситься со службы? — поинтересовался Плещеев у адъютанта.

Рузанов улыбнулся с довольным видом:

— Его превосходительство в преддверии Рождества в Ставрополь уехал. И отдохнуть от хлопот, и в штабе кое-какие дела решить. А у Веселовского я отпросился.

— Господа! А у меня вот вопрос… несколько интимного свойства, — решил поинтересоваться Юрий, — В силу неопытности своей, не понимаю — а как там… к-х-м-м… девиц выбрать? Или их всех демонстрируют?

Ротмистр захохотал, но потом, доверительно наклонившись к Юрию, ответил:

— Можно и так, но сие почитается дурным тоном. Это более присуще купчишкам наезжим. Но, корнет, вы можете быть покойны: мой опыт подсказывает, что я уже понял ваши вкусы. Ваша горничная… не так ли?

Плещеев задумался: вроде и так, но и…

— Все будет в лучшем виде! — ротмистр довольно панибратски хлопнул его по плечу, неправильно поняв его раздумья.

«А может там и покрасивее кто есть?».

Бани пресловутого Оганесяна были и впрямь — весьма интересны. Начать с того, что расположены они были на уютной тенистой аллее.

«Летом здесь, наверное, вообще красота!».

Двухэтажное каменное здание непонятного стиля — здесь было что-то и греческое, и восточное. Но в целом смотрелось очень неплохо! Когда они вошли в фойе здания, их встретил армянин средних лет. Опять же — в восточном наряде: сандалии с чуть загнутым носком, светлого тона шаровары, перевязанные широким кушаком, светлая же рубаха и черная жилетка. Вот только фески не было для полного сходства с турком. Не обращая на армянина внимания, Ростовцев пояснил: