— Такой маленький, а уже Зонг! — усмехнулся я. — Ладно, следующий вопрос. Ты видел в городе чёрного человека? Такой высокий, здоровый и часто улыбается. И волосы у него заплетены во множество косичек.

Маркус — это наш лавандовый раф, вечно жизнерадостный, на подъёме, но грустит, когда получает пизды, впрочем, как и все…

«А что такое лавандовый раф?» — спросил я себя. — «Так Женька называла своего шефа, который вечно ходил жизнерадостный, а потом оказалось, что у него на счету три попытки суицида».

За Маркусом такой хуйни замечено не было, поэтому лавандовым рафом его называть, наверное, некорректно. Он жёсткий и здоровый негр, пусть и чрезмерно жизнерадостный.

Если бы я разбирался в кофейных напитках, я бы, наверное, подобрал более подходящий для описания Маркуса напиток, но я хорошо разбираюсь только в алкашке и движках BMW, поэтому мне на ум приходят только Хеннесси и S63B44.

Ну, вот, опять думаю об алкашке…

Нет! Завязал — значит, завязал! И баста!

— Я не видел такого… — сообщил мне Зонг.

— Это очень зря ты не видел, — неодобрительно покачал я головой. — Думай лучше!

— Честно! — выкрикнул зажмурившийся ворюга. — Я бы запомнил!

— Ладно, я тебе верю, — сказал я. — Тогда следующий вопрос: ты видел тут других байгуев?

— Да! — сразу же ответил Зонг. — Их много в Иностранном квартале!

— Да ну, нахуй? — удивился я. — Тут есть иностранный квартал?!

— А ты не знал? — не меньше меня удивился ворюга.

— Здесь я задаю вопросы, одессит, блядь! — дал я ему подзатыльник. — Где он находится?

— В восьми кварталах на запад! — ответил Зонг.

— Хорошо! — заулыбался я. — Видишь? Ты уже начинаешь доказывать свою полезность! Продолжай в том же духе и, быть может, уйдёшь из этого переулка живым!

Пацан чуть не потерял сознание от ужаса, когда осмыслил мои слова.

— Так, — произнёс я задумчиво. — Где императорский дворец?

Это я и так знал, его было видно с холма, но нужно было проверить, что этот малолетний мама ама криминал правильно ориентируется на местности.

— Надо идти на северо-восток, через четырнадцать кварталов найдёшь — не промахнёшься! — ответил Зонг.

— Молодец, правильно! — вновь заулыбался я. — Ничего подозрительного в городе не замечал?

— Чего именно подозрительного? — уточнил Зонг.

Я снова хлопнул его по затылку.

— Ты что, дурак?! — спросил я его. — С первого раза не понимаешь?! Вопросы задаю я, а ты отвечаешь!

— Но я видел много чего и не знаю, что именно тебя интересует! — возмутился пацан.

— Ну, люди чтоб пропадали, не знаю… — озадачился я.

— Здесь каждый день кто-то пропадает! — ответил на это Зонг. — Да! Я ответил на твой вопрос?!

— Мальчик, мне кажется, ты охуел… — неодобрительно покачал я головой.

— Прости, добрый господин! — опомнился Зонг. — Не бей! Не убивай!

— Следующий вопрос, — сказал я. — Байгуйки черноволосые тебе встречались?

— Ну, да! — ответил карманный ворюга. — Их много шастает в квартале Хунмяо, что у озёрного причала. Шалавы, в основном. Не советую, кстати — можно болячку на член поймать. Ссать потом будет больно.

— А ты со знанием дела? — усмехнулся я. — Или так, слышал?

— У меня нет лишних денег на шалав, — покачал головой Зонг.

— Лишних денег? — зацепился я. — Значит, денежки у тебя водятся, да?

— Нет, добрый господин! — замотал головой ворюга. — Мне даже на еду не всегда хватает!

— Не пизди мне, сопля, — навис я над ним.

— Я честно — мне только на жизнь хватает! — ответил Зонг.

— Да не парься, — отступил я. — Не нужны мне твои деньги. Значит, говоришь, байгуек видел в квартале Хунмяо… Знаешь, что? Хочешь заработать один лян?

— Заработать всегда хочу, добрый господин, — кивнул Зонг. — Но если ты из этих, то лучше иди в Хунмяо — там найдутся мальчики на любой вкус.

— Фу, блядь! — отшатнулся я. — Мне нужен кто-то, кто покажет город. Где что, где какие люди, где какие рынки, кто чем дышит и чем пробавляется — я хочу знать всё, что ты знаешь. За это получишь целый серебряный лян.

— Хорошо, — согласился ворюга. — Я много чего знаю!

— Попробуешь съебаться — я тебя найду и захуярю, — предупредил я его.