Принесли кофе в изящных фарфоровых чашках. Я сделал глоток, оценивая качество напитка — явно не из дешёвых. Решил начать издалека:

— Скажи, Игнат Всеволодович, как давно Московский Бастион сотрудничает с Демидовыми и Яковлевыми в части поставок Сумеречной стали? И насколько Москва довольна этим сотрудничеством?

Терновский прищурился, откинувшись на спинку кресла. Его пальцы забарабанили по столешнице — привычка, которую я заметил ещё при первой встрече.

— С чего вдруг такой интерес? — в его голосе проскользнула настороженность.

Помолчав, он всё же ответил:

— Сотрудничаем давно, лет сорок как. Но оба этих рода… — он сплюнул в сторону, — пытаются вить из нас верёвки. То цену задерут под предлогом сложностей добычи, то график поставок выстроят с большими задержками. А при этом просят предоплату за полгода вперёд! И качество стали плавает — то отличное, то едва на оружие годится. Монополисты, что с них взять… А твоё какое дело?

Вместо ответа я достал из внутреннего кармана свёрток и положил на стол. Медленно развернул ткань, обнажая кусок сырой породы размером с кулак. Серо-синие прожилки Сумеречной стали мерцали в свете, падающем из окон.

Терновский замер. Его глаза расширились, рот приоткрылся. Он протянул руку к образцу, но остановился на полпути:

— Где ты это взял?

— Помнишь, я говорил о компаньонах, которые занимаются не совсем легальной добычей металла? — я откинулся в кресле, наслаждаясь эффектом. — Это их заслуга.

Министр взял образец в руки, повертел, рассматривая под разными углами. По его лицу было видно — он понимает, что держит в руках настоящую Сумеречную сталь высочайшего качества.

— Что это за компаньоны такие? — его голос стал жёстче. — И где они достали этот металл? Все известные месторождения под контролем.

— Они собираются радикально повлиять на устоявшийся рынок Сумеречной стали, — я сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. — И им нужен надёжный партнёр в Московском Бастионе.

— Очень любопытно, — протянул собеседник, не сводя с меня прищуренных глаз. — И это совершенно не имеет никакого отношения к той сабле из Сумеречной стали, что ты продал какому-то барчуку из Сергиева Посада?

Я ответил ему хитрой улыбкой, не произнося ни слова. Иногда молчание красноречивее любых объяснений.

Министр положил образец на стол и сцепил пальцы в замок:

— А что мешает мне продать эту информацию куда-нибудь повыше? Моему начальству или тем же заинтересованным родам? Демидовы хорошо платят за такие сведения.

— Наша магическая клятва мешает, — спокойно ответил я. — Она убьёт тебя, если ты выдашь эту информацию без моего прямого согласия. Да и заработаешь ты, Игнат Всеволодович, продав информацию, гораздо меньше, чем мог бы, сотрудничая с моими компаньонами на постоянной основе.

Терновский фыркнул:

— Не думаю, что клятва действительно способна на такое. Мы же не в сказке.

Похоже, он счёл её простой блажью с моей стороны. Напрасно…

Я наклонился вперёд, глядя ему прямо в глаза:

— А ты думал, я шутки шутил, когда брал её с тебя? Думаешь, смысл этой клятвы был лишь в том, чтобы я не мог поведать людям о твоей маленькой проблеме? — я покачал головой. — Не веришь мне — можешь попробовать. И тогда обсуждать наше деловое предложение мне придётся уже с твоим преемником…

Я откинулся в кресле и добавил более примирительным тоном:

— Впрочем, я прекрасно понимаю, что даже без прямого разглашения ты можешь сильно осложнить мне жизнь. Бюрократические проволочки, административные барьеры и всевозможные препоны — арсенал у министра богатый. Однако сотрудничество всегда было выгоднее вражды, не так ли? Особенно когда речь идёт о значительных суммах.

Министр сузил глаза, переваривая услышанное. В кабинете повисла тишина, нарушаемая только гулом кондиционера. Наконец он откинулся в кресле:

— Ладно. Что конкретно ты предлагаешь?

— Вскоре мои компаньоны начнут поставлять чистейшую Сумеречную сталь. Как в виде слитков, так и в виде готовых изделий. Для обеспечения безопасности нам нужен выход на тех, кто может продать порох, капсюли и высокотехнологичное оружие. Мы в свою очередь не обидим посредника, который поможет навести мосты с нужными людьми.

Терновский встал и подошёл к панорамному окну. Заложив руки за спину, он смотрел на раскинувшийся внизу город. Небоскрёбы тянулись к облакам, на улицах сновали автомобили и юркие мотоциклы.