Я договорился с ним о встрече в ресторане «Феникс», почти на выезде из Запрудного. Затем вызвал Владимира, который помог перенести молниевые жезлы в багажник автомобиля. Затем я захватил с собой Рону, и мы выехали из поместья.

Я был впервые в «Фениксе», и атмосфера меня порадовала. Тихая, на фоне спокойная музыка, людей мало. Скорее всего, сказывалось, что сейчас дневное время. Это подметил и князь Обручев, когда я подсел к нему за один из столиков, поближе к стойке.

— Это сейчас спокойно. А вечерами здесь гораздо громче, — улыбнулся он и погладил Рону, которая была не против.

Что мне нравилось в этом заведении, можно было отдыхать вместе с питомцами, а не закрывать их в душных помещениях, пусть даже и со всеми удобствами.

— Но к делу, — Обручев выдохнул и положил передо мной небольшие блестящие прямоугольники, вроде билетов.

— Это то, что я думаю? — улыбнулся я.

— Да, это ваша путёвка на четырёхдневный отдых в «Сибирской гавани», — ответил князь. — Даже не спрашивайте, где я её достал. Пришлось подключать связи. Ведь у нас открытый конфликт с князем Зацепиным, как вы знаете. А он, как я уже говорил, один из собственников этой базы отдыха. В итоге я приобрёл её через третьих лиц. Представляете, в последний момент буквально сегодня утром освободился номер люкс!

— Как мне добираться до места? Вы говорили, что туда можно попасть только вертолётом, — напомнил я.

— Совершенно верно, — кивнул Обручев. — Вертолёт будет ждать завтра в восемь утра, на площадке за городом. И не переживайте — перелёт и питание входят в общую стоимость путёвки. И кстати, я бы на вашем месте взял охрану. Место хоть и надёжное, но поговаривают всякое.

— И что говорят? — спросил я.

— Слышат странные завывания в окрестностях, — пожал плечами Обручев. — Но это могут быть и лесные звери. Кто-то говорит о каких-то сектах, хотя это вообще какие-то сказки. Служба безопасности работает там хорошо.

— Тогда тем более мне не нужна охрана, — ответил я.

— Но я бы на вашем месте всё-таки перестраховался, — напряжённо взглянул на меня Обручев. — Не доверяю я Зацепину. Тем более, насколько я слышал, он к вам тоже неравнодушен.

— Сам разберусь, — ухмыльнулся я. — Хочу побыть, как вы ранее говорили, в полнейшем одиночестве, подальше от слуг и насущных проблем.

Мотив мой был прост. Я не хотел подвергать опасности ни Владимира, ни Жеку. Тем более, если что пойдёт не так, придётся следить и за ними.

— Я возьму с собой питомца, — потрепал я по холке Роны, и питомица довольно заурчала в ответ. — Он и будет охранять меня.

Да, именно так, как в старые добрые времена. Хоть Рона и была ещё щенком, но предупредить об опасности сможет. Я уж не говорю о том, что у неё нюх просто потрясающий.

— Ваше право, — одобрительно кивнул Обручев. — С питомцами туда приезжает чуть ли не каждый второй отдыхающий.

— Сколько я вам должен? — поинтересовался я, получая сообщение на телефон от князя. Он отправил адрес вертолётной площадки.

— Да ну бросьте, граф, — отмахнулся князь. — Я же обещал помочь.

— Тогда за эту партию платить не нужно, — кивнул я. — Я передам её на стоянке.

— Хорошо, если вам так будет комфортней, — согласился Обручев, довольный такой быстрой работой. — Таким образом, вы расплатились со мной. Мы в расчёте.

После того как я спрятал пропуск в «Сибирскую гавань» во внутренний карман, мы заказали по чашке кофе. А также бриошь. Странное название. Как по мне, так «сахарная булочка» звучит гораздо понятней.

Князь посетовал на то, что отношения с Зацепиным обострились. Тот узнал, что я поставляю Обручеву усиленное оружие, и сейчас буквально рвёт и мечет. Так что, ждать от него можно чего угодно. В открытый конфликт Зацепин не полезет, но диверсии могут быть.

Я же пообещал, что когда вернусь с отдыха, готов буду ещё раз поговорить насчёт усиления сотрудничества. Этой новостью я невероятно обрадовал Обручева. Князь уже открыт для любых моих предложений, чего я и добивался с самого начала.

Вернувшись в поместье, я застал Егора, который дожидался меня.

— Иван Алексеевич, работу мы выполнили, — протянул он мне чеки и сумму за восстановление и усиление стены. Всё как он и говорил. Пять с половиной тысяч с копейками.

Я осмотрел стену, оценивая проделанную работу. Видно было, что бригада работала на совесть. Стена теперь была серого цвета, идеально ровной и сплошной. Кроме того, она поблёскивала магической защитой. Это значило, что сделано на века.

Я перевёл Егору нужную сумму, затем мы пожали с ним руки.