— У всех есть дяди, — улыбнулась Мира немного грустно. — Вот и у Филиппа тоже.

— Мистер Ченинг вам нравится? — спросил я. — Мы совсем недолго общались, но он говорил о вас с заметной симпатией.

— Вот как? — оживилась девушка.

Официанты не торопились обращать на нас внимания, так что я назвал Мире адрес Питера Вандерера и спросил, какой маршрут покажется туристу вроде меня самым живописным.

— Адская Кухня! — воскликнула девушка. — Живописный район. У него опасная репутация, но это в прошлом! Вы пойдете прямо сейчас?

— Нет, утром. Я планирую заняться гимнастикой в Центральном Парке, а оттуда бы прогулялся до этой вашей Кухни.

— Жаль, там красиво по вечерам, море огней, то, за что все любят Манхеттен. Но в любом случае вам стоит дойти до Таймс-Сквер оттуда по Сорок Пятой до Девятого Авеню и уже по нему пройти до нужной улицы.

Мира открыла карту на смартфоне и прочертила пальчиком маршрут.

Я едва успел поблагодарить ее. Пара за соседним столиком, все это время что-то тихо, но возбужденно обсуждавшая, резко вскочила на ноги Скатерть, дешевая, с синтетическим блеском, соскользнула, увлекая за собой тарелки. Фарфор разбился, но это уже не имело значения.

Дама отвесила звонкую пощечину своему кавалеру. А затем началось нечто. Его тело задрожало, кожа натянулась, как переполненный воздушный шар. Мужчина стремительно увеличился в размерах, теряя форму. Женщина рухнула на колени, вцепившись пальцами в волосы, и завизжала тонким пронзительным голосом.

Чудище, уже вовсе не похожее на человека, раздулось, превратившись в бесформенный, пульсирующий ком плоти, живой шар почти трех метров в диаметре. Очередной рывок, шар лопнул с мерзким хлюпающим хлопком. Ошметки полетели в разные стороны. Они прилипали к синтетическим скатертям, к кожаным диванам, к шелковым платьям и горели.

Тот, кто минуту назад походил на человека, а потом превратился в зажигательную бомбу, каким-то чудом выжил, вновь став похожим на особь Homo Sapiens. Он подбежал окну и выпрыгнул, с легкостью разбив стекло.

Я не мог следить за ним дальше. Ресторан горел, люди вопили, пытаясь сбить с себя пламя. Я же смотрел на Миру.

Один из «снарядов» угодил Мире голову, оставив от нее уголек. Я не представлял, как бы смог ее вылечить. Второй человек за сегодня умирает у меня на руках, и в отличие от маньяка-охотника эту девушку мне действительно жаль.

Помещение заполнил дым. Я ринулся к окну и сразу заметил человека-горелку, который без особых проблем, спрыгнув с внушительной высоты, встал и помчался прочь. Но не так далеко он убежал. Рядом с ним резко притормозил белый фургон без каких-либо логотипов и надписей.

Усилив зрение заклинанием «магического бинокля», я разглядел, как трое в костюмах химзащиты окружили монстра, залили его вязкой жидкостью из подобия огнетушителей и затолкали в кузов. Через мгновение фургон исчез, оставив только дымящийся след от покрышек. Я хотел уже покинуть Сакс тем же путем, прыжок и мне не принес бы вреда, особенно, если уйти через тень, но в горящем все сильнее ресторане оставалось слишком много людей.

С точки зрения мага огонь — такая же форма энергии. Если мои кормики могут сожрать файербол и не подавиться, то и с пожаром они справятся. Я чуть-чуть модифицировал свою обычную защиту и натравил ее на пламя. Избыток энергии, которую мне жорики исправно поставляли, я сбрасывал первым же способом, пришедшим мне в голову — начал создавать фигурки носорога из ледяного стекла, он же — айсер.

Этот материал — моя фирменная разработка. На вид он не отличается от обычного стекла, только холодный как лед при любой погоде и невероятно твердый: его практически невозможно повредить ни физическими, ни магическими средствами. Не спрашивайте, почему я творил из него именно носорогов, это вышло почти рефлекторно.

И уж точно я не в курсе, откуда на стене возник силуэт носорога, нарисованный копотью. Я не стал особо рассуждать о глупостях, окружил себя аурой невнимания и выпрыгнул из окна. Падение на несколько метров не особо мне повредило, я просто перед самой землей ушел в тень. Вынырнул обратно в том месте, где монстра подобрал фургон и, немного изучив ментальный след, отправил по нему очередную птичку-разведчика.

Неплохо было бы вернуться в кафе и подчистить энергетический шлак и прочие улики за собой, но там уже суетилась не только полиция, я с улицы почувствовал, как в разгромленном помещении суетится маг, скорее всего очередной сыщик от инквизиции.

Я понял, что так и не наелся, так что купил сосиску в тесте у уличного торговца. Почему-то американцы называли их «собаками», но очень любили. Насыщаясь, я подумал, что очень давно не питался фастфудом, привилегия богатого и знатного положения, которое лишает нас подобных сомнительных радостей.

Тем временем моя птичка сообщила, что фургон прибыл на место назначения. Я ушел в тень и уже там сменил облик на более подходящего для данной ситуации «шпиона». Прямо оттуда я открыл портал на метку, которую оставил мой наблюдатель. Энергии, накопленной при тушении пожара, для этого хватило с лихвой.