Она выглядела осунувшейся, но довольной — значит, дома все хорошо…

— Вот видишь, — сказал я ей. — Не осторожничал, все по твоему завету!

— Да, — с иронией сказала мама, — я вижу!

Но особо мы с ней поболтать не успели: на нее тут же накинулась Саня, которая по ней тоже очень скучала (для нее, Рины и Ксюши моя мама куда ближе их собственных матерей), а на меня — все остальные девчонки.

Так, стой, а если они все тут, включая даже Леониду — хотя из нее нянька не очень-то — на кого они всех детей бросили?!

— С детьми остались Варда, Андрей Васильевич, дед Поля, плюс Софья со своей лялькой приехали у Весёловых погостить, — это все немедленно перечислила мне Ксюша. Софьей звали племянницу Аркадия через брата Алексея, я только не помнил, старшую или младшую, общался с ними мало. Но девчонки общались. — И еще мы через Теплееву наняли двух отличных нянек для Милы с Таней, прямо золото, а не няньки, я их планирую на постоянку переманить… Ну и нянька младшей Афины прямо ничего так тетка оказалась, вошла в положение. А на вторую неделю, если они зашьются, мы договорились, что всех старших отправят в Саработ к Селивановым, у Весёловых останется только малышня! Там как раз каникулы в школе начнутся. А дальше все, мы вернуться должны. Тут лететь-то… десять дней туда, десять дней обратно.

— Впечатляющий список, — сказал я, крепко ее обнимая. — Ты молодец, переступила через себя, оставила детей под таким присмотром…

— Ой, не говори, сложно было, — вздохнула Ксюша. — Но надо! Лана нам такое рассказала про то, что тут у вас творится…

— А что она рассказала? Не знала же ничего?

— Лана нам рассказала про Улей Гулей в метакосмосе, мы думали, у вас тут то же самое! — вмешалась Лёвка.

— Это Кит сказал, для него что улей, что Древние маги — все одно и то же! — подтвердила Ланочка.

Вот кого я обнял и затискал просто со всей силы! Ланочка у меня всегда такое тискательное желание пробуждает, прямо как плюшевая игрушка. А тут еще и повод был! Подмогу она нам привела — просто сказочно вовремя! Как только умудрилась?! Ведь, по нашим расчетам, они еще должны были на ките находиться, на его круговом маршруте! Но нет, явилась — еще и самого зверь-гору с собой утащила!

Держал ее одной рукой, не мог отпустить, а другой гладил по щеке Агриппину, невероятно прекрасную на восьмом месяце. Прижать к себе я ее не мог по техническим причинам, поэтому старался приласкать по-другому. По мне так беременность большинство женщин только красит, даже тех, которые жалуются на отеки и невозможность пользоваться косметикой! А Рина вообще особенно расцветала.

— Да, не представляешь, Лана только с нами по радио связалась… ну, не с нами, а с пограничниками, но они нас позвали… и сразу говорит: нам нужно лететь к Кириллу на выручку! — сказала Рина. — А не то у него там гули съедят руку или ногу, как он потом с протезом будет? И лететь, мол, всем вместе надо, потому что сердечная связь — это сила, Кириллу весь резерв понадобится!

— Нет-нет, это я потом сказала! — возмутилась Лана. — Ты не помнишь, с чего я начала? Я так долго фразу подбирала, чтобы тебя с порога огорошить!

— Ой, точно! — это Лёвка воскликнула. — Она знаешь что? Говорит сразу, чуть ли не первой репликой: «Рина, как ты там, еще дружишь с Бастрыкиной? Нужно срочно оформить гражданство Ордена метакосмическому киту!»

И тут нашу сбивчивую болтовню прервал короткий женский визг и мужской хохот. Мы как по команде обернулись. Весёловы! Докторша, оказывается, тоже просочилась в ангар, и Аркадий, спрыгнув с платформы, крепко обнимал ее, кружил — вон, даже в воздух подкинул. То-то она и завизжала! Казалось бы, любительница туффи-танца не должна возражать, но, сколько я помнил, Леонида всегда как-то нервно относилась к магическим полетам. А тут он ее явно магией подбросил, под самый потолок! И поймал, конечно. Дети от такого всегда хохочут, но Леонида довольной не выглядела.

Аркадий ее, однако, не выпустил, наоборот, крепче прижал к себе и громко, со смехом сказал:

— Нет уж, не отпущу! Мой корабль, моя страна, моя женщина! Явились меня спасать! Терпи теперь!

С этими словами он крепко поцеловал жену, ничуть не стесняясь зрителей. Первый раз, кстати, я от них такое видел! Обычно они очень сдержанные на людях, даже в кругу друзей. Максимум объятия. А тут… прямо страстно, мне даже отвернуться захотелось. Что я и сделал, а то неловко как-то.

Вот что делают терапевтические сеансы массовых убийств с травмированной психикой бывших детей-волшебников!

— Нет, мы так не будем! — Рина прижалась ко мне крепче, комментируя эту сценку. — А то не удержусь и прямо здесь тебя завалю!

— Все завалим, — согласилась Лёвка, которая до сих пор тискала Саню. — Кир, мы так за тебя переживали!

— Все уже хорошо, — я поцеловал ее, стараясь быть сдержанным, хотя, честно говоря, тоже хотелось их всех… завалить. Даже без всякого секса, просто всем вместе вытянуться на кровати, вдыхать их запах, радоваться их радостью, умиляться их нежностью… Как я жил без этого больше полугода?!