— Хм. Походу девяносто восьмой. Щас ещё быстрее поедем.

Заливая вязкую жидкость из ведра, он что-то бормотал нараспев:

— О великий дух машины! Прими же сие топливо, дабы наполнить жизнью механизмы твои!

Я сначала недоумевающе уставился на водителя, а потом перевёл вопросительный взгляд на прапора. Тот небрежно махнул рукой, мол: «Тут свои тараканы. Не обращай внимания».

Вскоре довольный Карасик заскочил на борт, и мы тронулись, направляясь на выезд из этого проклятого места.

Выехав из города, мы вновь очутились на пустынной равнине, вот только вдали виднелось нечто необычное для этих мест. Вместо чёрных полуобвалившихся руин мы увидели вдали монументальный комплекс, достойный королей.

— Хм. Если бы я был владыкой этой дыры, я бы поселился где-нибудь там, — ткнул в ту сторону Минус.

— Резонно, — согласился прапор. — Жека, курс на строения впереди.

— Погодите, — поспешил остановить их я. — Давайте подождём немного. Мне надо восстановиться.

— Как долго?

— Хотя бы пару часов. Чтобы боль прошла.

Ребята согласились, и мы встали так, чтобы нас не было видно со стороны дворцового комплекса. Травили байки, рассказывали о жизни. Я ещё рассказывал парням о бездне и о том, что там происходило.

— Так, а девушка тебя ждёт? На Земле или в бездне твоей? — невзначай спросил меня прапор.

Я задумчиво посмотрел вдаль, не зная, что ответить, но всё же пожал плечами:

— Даже не знаю.

— Это как это не знаешь?

— Просто сложно как-то всё.

— Э, нет, брат. Любовь не может быть сложной. С любовью всё становится проще и все трудности нипочём. А если с любовью всё сложно, то это и не любовь, а херня какая-то. И когда есть она любовь эта, ты к ней откуда угодно вернёшься. Хоть из ада, хоть из бездны, хоть из жопы Люцифера.

— Ого! Да Вы философ, товарищ прапорщик! — усмехнулся Минус.

— А то ж!

Часа через три я уже начал сносно двигаться, хоть боль от гиперэссенциального синдрома всё нарастала. Но тем не менее, мы поехали дальше под убаюкивающий рёв мотора.

— Ну, держись, демонюка! Мы тебя едем убивать! — оживлённо смотрел прапор на дворец.

— Эй! Полегче, военный! Он мне живым нужен.

— А! Да. Забыл. Ладно, — смутился прапор и о чём-то задумался.

В целом, нам можно было и не стоять, потому что путь к дворцу занял ещё несколько часов и в какой-то момент Минус вылез наружу и воскликнул:

— Да он не приближается нифига!

Я ещё раз бросил взгляд вдаль и задумался. А ведь действительно. По ощущениям мы давно уже должны были быть на месте, но наша цель не приблизилась ни на километр.

— Жека, тормози, — отдал команду прапор, и мы всей компанией оказались на танке.

— Чего делать будем? — спросил Купер.

— Думать надо, — ответил я.

— Ну, это не к нам. Нам думать по сроку службы не положено.

— В этот раз разрешаю, — ответил ему прапор. — Минус, давай накидывай идеи. Ты у нас дофига умный. Книжки там читаешь.

Минус задумался:

— Ну, самое простое объяснение — это иллюзия и дворец не настоящий. Либо же мы во временной петле какой-нибудь. В фэнтези часто такое встречается.

— И как можно обнаружить иллюзию?

— Я где-то читал, что, чтобы проверить реален ли объект или это глюк, можно слегка нажать на край глаза. Реальный объект раздвоится, а глюк нет.

Мы молча, как по команде, потянулись пальцами к глазам.

— Блин. Раздваивается, — прокомментировал прапор.

— Значит не глюк.

— И что будем делать?

— Ну, стоять на месте смысла нет.

— Как и тратить топливо, — покачал головой Жека.

И дальше пошли самые скучные часы в моей жизни. Сначала мы несколько часов стояли и тупили. Потом прапор всё-таки не выдержал и скомандовал трогаться. Мы вновь ехали несколько часов, пока уже не психанул Жека и не заглушил мотор, сетуя на глупый расход топлива.

Потом кто-то высказал предположение, что может нас не пускает какой-то барьер, из-за недостаточной скорости. Поэтому мы попробовали ускориться и выжать из танка максимум. И этот максимум, должен сказать, впечатлил. Кровь гигантского демона была действительно «высокооктановой». Вот только плодов это не принесло.

Осложнялось всё тем, что вода в наших флягах постепенно заканчивалась.

Затем мы подумали вернуться в руины и выехать с другой стороны, но обернувшись, мы внезапно обнаружили, что развалин уже даже нет на горизонте.