— О, мне это давно объяснили, уважаемый Ганс, я сама скромность и законопослушность, — сир Ян бросил на меня взгляд наполненный силой скептицизма божественного уровня, но я его проигнорировал.

— Что-же, — вздохнул мужчина. — Надеюсь на ваше благоразумие, — он встал из-за стола и подошёл к окну. Вечерело. — Вам вернут ваше оружие. И честно признаться, меч у вас прекрасный, Люцион. Как назвали?

— Алый Глаз, — спокойно ответил я.

— Оу, понятно, в честь глаз. В моём роду тоже был митриловый клинок когда-то, — вздохнул мужчина. — Мой старший брат проиграл его в карты, как и поместье нашего баронства. Мда… Вы свободны. Помните наш разговор.

Уже к ночи мы нашли таверну, где-таки остановился Дейтрих с Гельмутом. Оба они надирались чем-то крепким, судя по запаху.

— Ну как допрос? — пьяным голосом спросил захмелевший торговец.

— Спрашивали про старых друзей, — присел с ними за стол сир Ян. — Ничего особенного, или важного.

— Друзья, ик, важно, — произнёс Гельмут. — Вон, в таверне через дорогу, ик, мой сидит… Друг… Сир Матиас Долман, ик… С каким-то аристократом спелся, ик. Ну ладно? Будем состязаться: кто больше выпьет?

— Нет уж, — произнёс сир Ян, — предпочту напиться, но без состязания.

— Аналогично, — поддержал я наставника, — зачем это вообще, сир Гельмут?

— Малообразованный юнец, — произнёс кхандарец. — Алкоголь это целый, чудесный мир. А ты этого не понял.

Спустя час, я уже полноценно захмелел, несмотря на то, что ничего серьёзнее глинтвейна не пил. Решив проветриться, я вышел на улицу. Было сыро и немного неприятно. Дейтрих уже позаботился о комнатах, поэтому мы с сиром Яном могли не переживать о том, где ночевать. Сначала торговец хотел купить нам одну комнату на двоих. Но была лишь одна комната в этом плане: с большой кроватью. Ни я, ни сир Ян не горели желанием спать друг с другом в одной кровати. По причине крайней гомофобии каждого из нас. И если моя гомофобия опиралась на прагматизм — добре, фиг с геем, что он гей, не кричи главное во всеуслышание о своей особенности, учитывая, что даже животным, братьям нашим меньшим, может быть свойственна такая связь, то вот сир Ян ненавидел адептов однополой любви со всей рьяной, средневековой ненавистью… А ведь он ещё и довольно набожный человек. А Альтана, Богиня-Защитница Империи и религия, что получила распространение в Рикужии — по сути две ветви одной религии. Поэтому он и Церкви посещал. Меня религиозная муть мало трогала…

Ночью зажигались факелы и жаровни, что стояли на улице. И парочку таких зажгли рядом с таверной. Из таверны напротив выскользнуло несколько тёмных фигур, в накидках, едва различимые фигуры направились в сторону. Интересно? Возможно какая-то интрига… Скорее всего алкоголь немного расшатал мой здравый смысл, потому что я постарался минимизировать звук своих доспехов и двинулся следом. Мужчины шли какое-то время по кварталу, а после резко свернули в сторону. Во тьме ночной очертания сожжённых зданий выглядели страшно. Тем не менее — алкоголь притуплял мои чувства. Наконец они вышли в закоулок, который вёл из города. Там стояла стража Глайдвига. Однако на фигуры в капюшонах они только взглянули, но ничего не сказали. Фигуры скрылись в сторожке, двухэтажном здании, где должны были отдыхать стражники. Две фигуры, вместе со стражниками встали у входа. Через пару минут, по моим часам, к сторожке подошёл отряд. Он был заметен в свете луны, я насчитал человек десять-пятнадцать. Все вооружены… Прищурившись, я постарался разглядеть отряд и тихо охнул.

Георг Пустобрёх и Вольфганг Лабуд… Надо завязывать с алкоголем, слишком он уж притупляет мой разум! Я спрятался за зданием сторожки, под окном, которое было открытым, хотя бы потому что его выбили, судя по всему эти повстанцы, так что я мог слышать, что говорят в комнате.

— Доброй ночи, — послышался суровой голос.

— Вольфганг, Георг, — произнёс новый голос, судя по всему один из тёмных фигур.

— Вы хотели нас видеть.

— Да. Пришёл приказ. Для вас есть работа.

— Надеюсь и оплата, — донёсся мерзковато-писклявый голос мужчины.

— Оплата предусмотрена, — произнёс холодный голос. — Плюс трофеи, что вы сможете унести с собой.

— И о чём речь?

— О караване. Сейчас в городе два каравана, с большим количеством товаров. Надо ограбить тот, что принадлежит Дейтриху Огулду, — беру свои слова обратно. Алкоголь и храбрость даруемая им — мне очень помогла. Вот только стоит понять — что они, чёрт их побери, задумали? И почему им нужен наш караван.

— Ограбить город, — произнёс один из парочки Георг-Вольфганг, — ограбить караван. Мне кажется, уважаемый, что мы не те, кто должен вернуть нашу страну на светлый путь Богини, а простые бандиты! — надо же, среди них есть умные люди. — Что так надо нашему Великому Лидеру?

— Знай своё место, Вольфганг! — вдруг произнёс новый голос. — Если хочешь узнать больше о плане, то выполняй работу.

— Я уже пятый раз это слышу, — печально произнёс он, — но всё, что мы делаем — ожесточаем людей против нас.

— Всё что тебе следует знать, Вольфганг — ты делаешь это ради Богини Альтаны. В «Звёздном Дворе» тебя не поняли, но мы сделали это. Разве ты не живёшь по тем законам, что вывел для себя? Когда наше движение победит — ты станешь одним из величайших учителей нашей страны, миссионером, которого будут все слушать. И все в из Ордена Розы, в котором ты состоял поймут насколько они ошиблись.

— Хотелось бы, — буркнул мужчина.

— И хочу вас предупредить насчёт Следователя из Тайной Канцелярии, — произнёс напоследок мужской голос, — Ганс Йонкле — невероятно опасен. Он уже раз доходил до нашей организации своим разумом. Больше вам опасности никто не представляет. Выполняйте работу.

Блядь… Я тяжело вздохнул, понимая, что меня не услышат.

— У нас неприятности, мать их, — посмотрел я на удаляющиеся вдаль тёмные фигуры.

Глава 43. Путешествие в Империю (23). Путь на юг (5). Жернова