Плюс накладывалось и то, что я, как бы, наследник Герцогства. Аристократ, у которого есть своя территория. А значит – пора забыть про все эти детские и крайне глупые игры в демократию, и править так, как надлежит править аристократам. Хоть я и планировал немного «отпустить поводья», ибо память Люциона вспоминала о том, что его отец, на секундочку, один из богатейших аристократов материка, решал вопрос о том, как один сосед не правильно замерил свою территорию… В черте города, в том, что можно было назвать «жилым, частным сектором». Сосед А поставил туалет, вроде как на территории соседа Б… Герцог, который по доходам делает даже Королей, должен решать судьбу туалета, которую поставил один из условных деревенских жителей. И при этом, сука, в этом деле некоторые не видели ничего зазорного… А я, когда всплыло это воспоминание, весь вечер пил… Становиться Герцогом, чтобы решать такую фигню. При этом Граф Алмон Долф, который занимал условное положение «распорядителя» - ещё и предлагал на место выехать и выяснить этот вопрос замерив территории в шагах… В итоге сам и отправился мерить территорию. Вот уж точно, людям нечем заняться… Впрочем, это скорее был перегиб на месте. Но я думал – аристократы должны следить за порядком на вверенной территории. Мы имели права законотворчества, а ещё судить вассалов…

Сам по себе Герцог Гранд – издревле представлял «Верховный Суд» в Грандире. Слова: «вассал моего вассала не мой вассал» - являлись аксиомой, правда. Я не мог судить «чужого» барона, или присяжного рыцаря. Однако я мог потребовать от любого своего вассала, к которому относится барон, или присяжный рыцарь «разобраться в ситуации». К слову, вот это мне и хотелось исправить. Эта феодальная вольница откровенно раздражала… Моего отца не особо, потому что ему было, в сущности, плевать на всё, пока что-то не бросает вызов его власти. И по его мнению – аристократическая вольница ему вызов не бросает. Баркс Горди же рассказывал случаи, как некоторые баронские наследники «резвятся в Грандхолле».

И никто, и ничего им за это сделать не может. Ведь Аллиона Гранда они не оскорбляют, даже хвалят. А что мещанских девок портят, людей бьют, дебоши устраивают – ну так «нефиг ходить в шлюшьих одеждах», или «раздражать благородных господ, пока они изволят отдыхать» … Почему-то Аллион не считал подобное угрозой… Наверное ещё и потому, что в этих развлечениях участвовал и Тигион. Братец любил показать всем в городе – кто настоящий хозяин жизни… жизней… всех жизней в этом великом граде. Вот только… Джон явно переоценивал жителей моих будущих территорий. И явно не понимал, что за столько времени вторжения в Республику уж от кого-кого, а от своих людей я добился преданности. Потому как абсолютно каждый солдат знал – за верность и хорошую службу, Люцион Гранд даст несколько значимых монет, либо закроет глаза на то, что солдат снасильничал какую-нибудь девку, или на разграбление кого-то… Но чаще мои солдаты сталкивались с денежными вознаграждениями. Так же были и наказания за провинности… Обычно они давались, если воины начинали вести себя слишком развязно, либо на них поступали жалобы и право на заслуги у них отсутствовали. То есть – если они хорошо себя проявили и заслужили «что-то», то я мог отдать приказ закрыть глаза на «эксцесс производства». А если не было ничего такого, за что можно было бы закрыть глаза… Значит наступало наказание. И тут могли выпороть, либо просто избить, поставить в колодки.

— Вам будет проще лошадей убедить, чем их, — заметил я, когда Джон подошёл к костру. На нём виднелись слегка поджаренные рыбы, которые выловили в пруду неподалёку отсюда. Рыбы были насажены на колья и уже были годны в пищу.

— Люди – не лошади, — произнёс Джон. — Боги создали нас по своему подобию…

— Если бы они создали нас по своему подобию, сир, мы бы трахали своих сестёр, жён братьев, самих братьев, убивали бы за плохое вино и много чего ещё творили, не опасаясь божественной кары за блуд и не ища оправдания в книгах Богов… Если Боги и создали людей, то не по своему подобию, ибо тут же ударили нам по макушке «законом божьим» … Особенно сие касается Богов Альдаральских. Но мне, пожалуй, интересно наблюдать за тем, как вы пытаетесь рассказать о свободе от тиранов. Вот только у вас ничего не выйдет…

— И почему же? — спросил он у меня.

— Ответ в вас. О какой свободе и равенстве вы можете говорить, когда так пытаете людей? Притом людей, что родом из той же страны, что и вы…

— То были люди Томаса и Деймоса Веста, — тут же нашёлся с ответом рыцарь, взяв рыбку и откусил кусок. — Вы понятия не имеете о том, чем опасны все они. Орден Павших Небес – есть то, что угрожает всем нам порабощению. Увы, они берут верх сейчас. Они хотят лишь одного – сделать из всех нас рабов.

— Вот только пока я вижу лишь одного раба, сир, и это явно вы. Знаю я про этот Орден, Роза рассказывала… Да и сталкивался я с их людьми.

— Вот сие и есть то, что привлекло нас в вас и вашей спутнице, — сообщил Рыцарь. — Магистр моего братства сообщил, что его крайне интересуют люди с магией, что не попали под власть Павших Небес. Ведь они платят очень большие деньги за всех магических воинов.

— Если чем меня и можно купить, так это моей мечтой, сир…

— И о чём же мечтает наследник Дома Гранд?

— У вас нет таких денег, — спокойно ответил я. — У Ордена Павших Небес, возможно, тоже. Я мечтаю о том, что моё по праву. И я это забрать намерен, не пользуясь помощью каких-то непонятных Орденов и Братств.

По сути, я не знал цели Ордена Павших Небес. Со слов Джона Горианта, Орден Павших Небес – желает одного. Власти для «мудрого Великого Магистра Ордена». И для этого они проникают во все сферы жизни общества. Являются ли они угрозой для меня? Пока что я этого не знал, точнее не имел подтверждений. Изучая ситуацию, я понял, что Орден Павших Небес – действительно крайне могущественная структура. Вот только, если и противостоять им, то следует быть крайне осторожным. Ведь что? Правильно – в противостоянии с могущественными структурами нельзя рубить сгоряча… Что и раздражало меня в Розе. Она просто рубила сгоряча и кидалась на всех, будто помешалась на своей миссии.

— Их влияние куда сильнее, чем вы можете себе представить, Люцион, — продолжал настаивать Джон. — Не важно чего хотите вы в итоге. Вы либо будете порабощены ими, либо будете сражаться против них. Как думаете, почему я так пытал тех людей? Они одурманены… Они уже рабы Томаса и Деймоса, ибо могли уйти от них, но вместо этого – не сорвали гербы свои, не бросили оружие, а шли на территорию их, дабы после вновь оружие использовать против вас в том числе. И кончится всё это, когда мы Томаса и Деймоса найдём. А после уничтожения Мастеров, надлежит найти Магистра, а после и Великого Магистра. И всех их убить…