— Вы окружены, — говорила Крыса, — а все остальные ваши комнаты, — наверное, она имела в виду палаты, — проверяются моими слугами. И кто не захотел присоединиться к вашей тесной компании, тот очень сильно пожалеет…

Девчонка, сидевшая позади меня, расплакалась навзрыд. Однако, чтобы ненароком не привлечь к себе ненужного внимания, закрыла лицо руками так сильно, что практически давилась собственным плачем.

— Дима! — прошипела Соня снова тем же самым тоном, какой был в палате новенькой, как будто я должен был всё исправить прямо сейчас. Как будто я вообще мог сделать хоть что-то, но бездействовал из-за обычной лени. — Мы будем что-нибудь делать?

— Я думаю…

В это же мгновение Крыса оказалась прямо передо мной.

Все, кто сидел рядом, завопили и шарахнулись в стороны.

Я не мог двинуться с места от страха. Да и живот скрутило такой болью, что я вообще не думаю, что был способен сделать хоть что-то. В ушах зазвенело. Должно быть, со стороны я выглядел очень смелым, но на самом деле я просто забыл, как двигаться, говорить и, наверное, даже дышать.

Крыса между тем встала на четвереньки, и таким образом её морда оказалась прямо напротив моего лица. Я чувствовал, как длинные жёсткие усы щекочут мне нос и щёки, но не смел даже отвернуться.

— Правильно, Дима, подумай… — процедила она сквозь зубы.

Непонятно как, но её крысиная пасть была способна произносить сложнейшие звуки и даже при этом не шепелявила, хотя должна была. По крайней мере так утверждали все без исключения мультики про говорящих грызунов, которые я видел. Возможно, дело было в сверхъестественной природе существа. Возможно, мультики просто врали. Но факт оставался фактом: Крыса говорила на нашем языке лучше, чем Хали-Гали. И она сказала следующее:

— Ты же умный мальчик. Хорошенько поразмысли над тем положением, в котором вы очутились. И над тем, кто здесь главный.

Потом это двугорбое чудовище наконец отстало от меня. Крыса снова поднялась на задние лапы и двинула по коридору в обратном направлении.

— Вы здесь одни, ребятки. С вами только я и мои верные слуги. Взрослые не придут на помощь — все они сейчас спят и видят самые лучшие сны в своей жизни… Так что, может, вам всё-таки лучше дружить со мной?

Дружить? Вот это что-то новенькое.

Ладно, будем честны, в тот момент не я обратил на эти слова внимание. У меня были куда более насущные дела.

— Д-дру-ужить? — промямлил Хали-Гали.

Крыса обернулась на голос. Однако не так резко, как это было со мной. Возможно, это потому, что в нашем великом комбинаторе она видела куда меньшую угрозу, чем во мне. Соответственно, и пугать особо не требовалось. А может, дело было в том, что и с пугалками перебарщивать нельзя, иначе они потеряют свой драматический эффект.

— Да. Дружить, — сказала Крыса и медленно пошла на Хали-Гали.

А может, она не стала резко бросаться на него совсем по другой причине. Может, всё потому, что как раз в нашем Шерлоке эта тварь ощущала гораздо большую угрозу, чем во мне. Меня было достаточно напугать так, чтобы я крикнул «ой» и от ужаса врос в пол. Но Хали-Гали требовалось напугать до смерти, чтобы он не придумал ещё какой-нибудь план. А что это чудовище в курсе всех наших действий, я не сомневаюсь до сих пор.

Крыса надвигалась на него медленно, позволяя в деталях разглядеть свои размеры и чудовищный облик. Мы все, а особенно Хали-Гали, должны были хорошенько рассмотреть острые зубы, выступающие из-под верхних губ. И мощные когти на передних лапах, которые Крыса прижимала уже совсем не так, как это было в начале. Теперь же они были готовы в любой момент, просто в мгновение ока вцепиться кому-нибудь в глотку, если ты вдруг по какой-то причине откажешься с ней дружить.

— Дружить, — повторила она. — На самом деле я пришла к вам за помощью.

Как ни странно, но эти слова слегка приободрили нас. Когда слышишь, что кому-то нужна твоя помощь, это автоматически как бы ставит тебя на одну ступень с ним. А равного бояться уже сложнее.

Мы слегка выдохнули и устроились на полу немного удобнее. Кто-то даже уселся на стол постовухи.

Под ногами по-прежнему кишело крысами, но они не нападали, и лично мне от этого было уже легче. Даже девчонки не куксились по этому поводу. Но, наверное, в их случае всё благодаря глубокому шоку от происходящего. Да и тем более, когда над твоей головой летают смертоносные лезвия, ты уже меньше паришься по поводу каких-то мелких грызунов. Пусть даже и размером с кошку.

— Наш мир умирает, — продолжала крыса. — И, к сожалению, нет никакого средства его спасти. Поэтому мне и моим малышам приходится искать другое место, другой мир. — Малышами, конечно же, были все эти гнусные твари, от которых мороз драл по коже. — А мы просто хотим жить. Точно так же, как и вы.

Я смотрел на неё и думал о том, что если не обращать внимания на крысоморфов, что выстроились вдоль стен, как армия захватчиков, то можно почти даже не бояться. Разве что совсем чуть-чуть.

Она ведь просила помощи. Мы были ей нужны. Живыми — и это главное, потому что помочь может только тот, кто вообще способен что-то делать. Правда?