Младший брат стыдливо замолк, опустив взгляд. И все-таки, военная служба сказалась на нем благоприятно. Научила сдержанности и анализу ситуации. Раньше, уверен, он уже после первого моего вопроса кинулся бы спорить, а то и вовсе сыпать оскорблениями.

— Если ты хочешь вернуться в отчий дом, то тебе придется признать моё старшинство, — сжалился я над парнем, решив, что достаточно испытал на прочность его самообладание. — Род Адамастро слишком мал, а я остро нуждаюсь в надёжных помощниках.

— Я готов! — охотно отозвался Велайд. — Мама говорила, что ты показал себя очень мудрым и прагматичным хозяином. А еще ты открыл собственный магазин, приносящий семье неплохой доход. У меня нет причин считать, будто бы я смогу стать лучше тебя.

Юноша воровато огляделся и плотнее притворил за собой дверь.

— Кроме того, возглавить тайное братство, которое внушает опаску даже сильнейшим фамилиям Клесдена, по плечу лишь крайне целеустремлённому и умному человеку, — прошептал Велайд.

— Я рад, что мы можем быть честными друг с другом, брат, — удовлетворенно кивнул я. — Тогда вот тебе задачи, выполнение которых поможет процветанию фамилии Адамастро. Во-первых, отныне ты будешь работать с бумагами и активно вникать в родовые дела. Во-вторых, станешь моим делегатом. На тех мероприятиях, где не смогу присутствовать я, тебе придется представлять интересы нашей семьи. В-третьих, ты подыщешь себе выгодную партию, чтобы укрепить позиции рода в обществе. Список кандидатур мы с Илисией согласуем позже. Твое слово, разумеется, тоже будет учтено. Есть возражения?

— Нет! — без колебаний вздернул подбородок Велайд. — По сравнению с тем, что выпало на мою долю на западном фронте, твои поручения звучат совсем пустяково!

— О, как! Ну посмотрим, надолго ли хватит твоего запала, — криво ухмыльнулся я. — Тогда вот тебе еще и «в-четвертых». Будешь обучаться у моих Безликих на общих началах, не получая никаких скидок за кровное родство. Как я уже упоминал, представителей Адамастро мало. И мы обязаны быть сильными. Тебе же предстоит стать лучшим в братстве, дабы не опозорить меня.

При упоминании о тайном братстве, которое заставляет клесденскую знать трепетать от ужаса и любопытства, братец Ризанта закусил губу. Я видел, что эта тема интересует визитера больше прочих. Но он не знал, каким образом к ней вообще подступиться.

— Риз… объясни мне, как? — вперился в меня Велайд хмурым взглядом. — Как ты стал Маэстро?

— У меня был небогатый выбор. Либо я превращаюсь в того, кого все боятся и обходят стороной, либо умираю, — пожал я плечами.

— На тебя охотится Пятый Орден…

— Не только. Еще алавийцы, верховный отец одного кьеррского улья и крайне неприятный тип, называющий себя покровителем пустошей.

— Боги… и ты столь спокойно об этом говоришь?! — отвисла челюсть у парня, явно не совсем точно понявшего мой пассаж про властелина всей Абиссалии. — Как тебе удается находить могущественных врагов, да еще и умудряться выживать при этом?

— Я изменился, Велайд. Я больше не тот тюфяк, которого ты поколачивал в детстве. Теперь на мне крови больше, чем на клинках знаменитого отряда Ронхеймских палачей.

— Я верю, Риз. Каждому твоему слову. И я, если честно, очень горжусь тобой, брат. Теперь я вижу, что в тебе действительно течет кровь нашего отца.

Удивительно, но парень мое признание воспринял очень серьезно. Не как фигуру речи, а буквально. А еще… еще он впервые за всю жизнь искренне назвал Ризанта братом.

— Риз, я не подведу тебя, — в глазах младшего Адамастро загорелся огонь неподдельной решительности. — Признаюсь, раньше мне было тяжело смириться с мыслью, что мы с тобой принадлежим одному роду. Но теперь… теперь ты стал именно тем старшим братом, о котором я всегда мечтал. Жаль, что папа так и не увидел твоего преображения…

Сдержав лезущую на лицо скептическую гримасу, я невозмутимо прикрыл веки, как бы благодаря Велайда за откровенность. Над подоплекой его странных желаний я предпочитал не задумываться. Ну какой нормальный человек будет жаждать иметь в братьях мясника? Причиной такого когнитивного искажения явно послужила какая-то психологическая травма. Вполне возможно, что нанесённая когда-то вспыльчивым Одионом.

— Тогда ступай, — приказал я. — Корреспонденцию, на которую нужно будет дать ответ, слуги принесут тебе позже. А пока, позови ко мне Илисию.