— Я, кажется, знаю, кто это прилетел…

— Ну и кто? — тут же отреагировала Тамара, — говори быстрее, чего из тебя слова клещами тащить надо.

— Это ребята с той базы, куда я отвозил трупы местных работников… ну которая рядом с Городом… на ней с десяток вертушек базировалось, я это хорошо помню.

— И что нам это дает? — наморщил лоб я, но тут вспомнил еще об одном факте, — а что там у нас с мобильной сетью? Может, еще разок спасателям позвонить?

— А этих недостаточно было, — усмехнулась Тамара, вынимая из кармана смартфон, — у меня сеть пропала.

— И у меня тоже, — подтвердил ее слова Анвар.

Я тоже посмотрел на свою Сяоми и увидел сакраментально-издевательское «только экстренные вызовы».

— Так, а теперь всем сидеть тихо, — приказал я, — как мышам под веником. Десантники сейчас будут зачищать цех, если нас услышат, будет несладко.

Все прочие прониклись моментом и замолчали, а я еще распределил народ за громадой проходческого щита — чтобы никого не видно было, если вояки все же полезут сюда. И они таки полезли… примерно через двадцать мучительно долгих минут послышались осторожные шаги, и из проема подземного хода показались двое крепких парней в пятнистых комбинезонах и с короткоствольными автоматами наизготовку.

Один из них, видимо главный, просканировал обстановку и сказал второму:

— Нет тут никого, кроме крыс — возвращаемся.

А мы сидели не живые и не мертвые, как те самые мыши под веником, еще битый час. После чего я сделал знак остальным, чтоб подтягивались для обсуждения дальнейшего нашего поведения.

— Они сейчас улетят, — сделал предположение Сергей, — тогда мы сможем сесть на тепловоз и уехать куда-нибудь подальше.

Но как бы опровергая его слова, сверху раздался мощный взрыв, отозвавшийся ощутимым сотрясением пола и стен нашей пещеры.

— Боюсь, — ответил ему я, — что нет у нас больше тепловоза, так что придется уходить пешком.

— Не придется, — высунулась шустрая Тамара, — колея узкоколейки, по которой мы сюда приехали, точно такой же ширины, как и вот эта, — и она пнула ногой рельсы, на которых стояла вагонетка.

— Намекаешь на вагонетку? — спросил я.

— Угадал… надо будет только перетащить ее мимо тепловоза… ну если конечно это его сейчас взорвали.

— Надо будет проверить, — ответил ей я, — ждем для надежности еще час, потом выходим на поверхность.

Час — не час, а даже и все полтора часа мы провели возле буровой машины в напряженной бездеятельности. После этого я дал отмашку — все собираемся на поверхность.

— Вагонетку пока не трогаем, зачем нам лишний шум, — добавил я.

Насчет локомотива я оказался прав, взрыв, который мы все слышали недавно, повредил его передние колеса… ремонт такой сложности в наших условиях был явно невозможен. Зато все остальные рельсы вплоть до входных ворот остались в целости и сохранности. Вертолеты улетели с концами, я попросил народ поискать тех, кто остался. Искали достаточно осторожно, вдруг, кто уцелел — он мог принести нам серьезные неприятности. Но мои опасения оказались напрасными, даже и трупов никаких мы не обнаружили.

— Похоже, что они забрали всех убитых с собой, — сказал Сергей по итогам безрезультатных поисков. — Ничего мы тут больше не найдем, надо двигать поскорее… нехорошее у меня предчувствие есть, — признался он.

— Согласен, — кивнул я, — выкатываем вагонетку и делаем ноги.

А лезть еще раз в шахту не пришлось, на поверхности нашелся абсолютный дубль нашей давешней вагонетки, тоже с мотором и пультом управления. С перетаскиванием ее через сгоревший тепловоз возникли некоторые проблемы, но с помощью лома и некоей матери мы и их решили.

— Спасибо этому дому, едем к новому, — высказала пожелание Тамарка перед стартом.

Где-то я уже эти слова слышал, подумал я, прикладывая кусочек левитина к мотору, тот немедленно зарычал и затарахтел ровным размеренным тоном.

— А куда едем-то? — спросил Сергей, когда мы уже миновали ворота.

— Сейчас на ночлег остановимся где-нибудь, там и решим, — ответил я, увеличив скорость нашего экипажа до примерно тридцати километров в час.

— Я знаю, что тут по правую руку скоро будет избушка лесника, — продолжил свои мысли Сергей, — можно там заночевать, а то ведь холодрыга к утру будет.

— Мысль интересная, — заорал я ему, перекрикивая шум мотора,- дай отмашку, когда доедем до этого места.

А вокруг тем временем все смеркалось и смеркалось, минут через двадцать и полная темнота настанет, подумал я, разглядывая окрестности. Но ничего интересного мне там усмотреть не удалось, все те же сосны пополам с березами, что и в районе санатория. Но совсем стемнеть не стемнело, когда меня за плечо потряс Сергей.

— Что, здесь где-то? — спросил я его.

— Да, ответил он, — по правую сторону примерно в сотне метров должна она стоять, избушка эта.