Вот ещё одна причина, по которой, я наотрез отказался чтоб этот сопровождал меня на каждом шагу.

– Без разницы.
– Раздражаясь ответил на его непонимание.
– Просто деревня. Где есть: лес, поле, озеро. Понимаешь?

– Понимаю.
– Медленно кивнул адъютант. Ни черта не понимая.
– Может что-то конкретное там должно быть?

– Скажи, мне, как далеко, находиться, ближайший, населённый, пункт.
– Медленно по одному слову проговорил требуемое.
– Это всё что я хочу знать. Назови только расстояние. Больше ничего.

На лице парня отразилась мука. Он привык всё требуемое узнавать досконально.

– Километров семьдесят, может восемьдесят. Точно не…

– Всё что хотел знать. Так.
– Я запустил руку во внутренний карман. Доставая зажим с разноцветными купюрами.

Раньше от такой пачки денег при себе у меня бы сердце от счастья остановилось, а сейчас…, бумага и бумага. Не вызывающая никаких эмоций. Мне назначили государственное ежемесячное довольствие в размере пяти тысяч крон, плюс премии в плоть до трёхста процентов от этой суммы, плюс полное содержание с удовлетворением всех нужд и большинства хотелок, плюс пожизненные льготы, жильё в собственности. Правда последние два пункта только в перспективе. После того как побываю на той стороне и сделаю что-нибудь полезное для страны.

А вот деньги можно было обналичить сразу, что, собственно, и сделал. Правда не понятно зачем, тратить-то на базе их всё равно некуда.

– Вот тебе двести крон. Вот тебе собака. А вот тебе ещё сто крон. Сейчас ты берёшь двести крон ложишь их себе в карман. Радуешься. Затем берёшь собаку и отправляешься в ту деревню, о которой ты сказал. Находишь там дом с просторным двором и хозяевами, которые не откажутся приютить у себя собаку. Если сами согласятся дашь им сто крон на содержание животины. Откажутся. Ничего не говоря, идёшь искать другой двор. Снова предлагаешь собаку, а только потом даешь деньги. Кивни в знак того, что всё понял.
– Но адъютант замотал головой.
– Я сказал кивнуть.
– И он растерянно кивнул.
– Вот и отлично. Вперёд, выполнять поставленную задачу. Завтра утром отчитаешься.

Уже с лестницы мне в нос ударил одурманивающий запах клубники и ванили. По второму этажу разноситься задорная музыка. И эти мотивы, я ни с чем не спутаю, однозначно «песня Caravan Palace, группы Lone Digger». У кого-то есть вкус.

Иду на звук в сторону высоких дверей. Из них буквально выпорхнул здоровый загорелый накаченный парень с волосами, заплетёнными во множество косичек. Крутанувшись на месте, он унёс хохочущую на его руках Нашку в соседний коридор, скрывшись за одной из обитых бархатом дверей.

В просторном зале немноголюдно, зато очень весело. Столы ломятся от еды и выпивки. На кожаных диванах развалились люди разной степени одетасти. Все весело общаются и перешучиваются, не обращая на меня никакого внимания, лишь бросая короткие взгляды.

Первым знакомым лицом здесь оказался Хантер. Он в окружении сразу пяти девушек, двум из которых явно хорошо за тридцать, рассказывает какую-то историю, постоянно сбиваясь с мысли и разбавляя её словами: ну типа, как бы, и так, вот, это самое. Всё же девушки заливисто смеются, подбадривая Хантера, требуя продолжения.

– Мартин! Мартин, я тут, иди сюда!

Из центра зала мне машет Амелия. Я её и не заметил, сбитый с толку окружением. Откуда на военной базе, где всё строго по уставу, такое место и кто все эти люди?

Амелия сидит в компании двух парней и трёх девушек. Ближайшая к ней одета в костюм Евы.

– Я переживала, что не придёшь. Как тебе?

– Не совсем понимаю, что это.

– Как что, так тактически выверенное решение генерального штаба по борьбе со стрессом, депрессией, физическим и умственным напряжением среди вернувшихся.

– Ты серьёзно?

– Оглянись. Похоже, что я шучу? Нам нельзя видеться с родными и близкими, покидать пределы базы разрешают не часто и только под тотальным присмотром, светской жизни нет, как и обычных людских радостей. Так как все на базе подчинены уставу, а неуставные отношения выкорчёвываются в зародыше, с выпивкой и веществами тоже всё туго и находясь в круге из тренировок, отработки манёвров, лекций, экспериментов, в голову к вернувшимся лезут самые нехорошие мысли. Командование это прекрасно понимает и организовывает такие вечера стабильно минимум пару раз в месяц. Если хорошо работаем делаем успехи в освоении материала и нет происшествий, то раз в неделю.

– А кто эти люди вокруг?

– Не знаю. Они здесь чтобы удовлетворять нас. Могут поддержать любой разговор и что захочешь. Даже самое непристойное.
– Девушка подмигнула мне.

– Тактические шлюхи. Не знал, что есть такие на вооружении.

– Ах-ха, «тактические шлюхи». Да-а, так оно и есть.
– Амелия повернулась к обнажённой девушке, взяв ту за грудь жарко поцеловав, опустив вторую руку ниже.
– Можешь брать кого захочешь.
– Оторвавшись от молодого тело заплетающимся языком сказала Амелия.
– Если хочешь расслабиться, то выпивка на столах, а грибы там на стойке.