– Грибы?

– Кальян и кокаин тоже есть. Нас держат подальше от морфия и опиума. В общим от того, что может вызвать зависимость. Зато аналоги, пожалуйста.

– Странная политика.

– Ни чуть. Всё точно выверенно. А если будет похмелье или побочка, то прокапают - будешь как новенький.

Девушка повернулась к сидящему, с другой стороны, мужчине со злым взглядом, жёсткими чертами лица и множеством татуировок. Уже он поцеловал Амелию опустив руку к её бёдрам. Девушка не сдержалась и из неё вырвался стон.

– Мартин. Веселись. Завтра как минимум до обеда у нас выходной. Так что не в чём себе не отказывай. А я. А я, уже пойду.

Я проводил взглядом Амелию, удаляющуюся к выходу в обнимку с девушкой и рослым мужчиной.

Взяв со стола открытую бутылку, сделал большой глоток. Только для того, чтобы сморщиться закашлявшись. Жуткая дрянь, как её только пьют. Не любитель я алкоголя.

– Привет.

На диван передо мной опустилась молодая девушка, которой едва ли больше двадцати. Прямые чёрные волосы, смуглая кожа, ярко синие глаза, отливающие небесной синевой. Запястья обвивают тонкие татуировки в виде змей. А губы и глаза подведены золотым. Небольшая полнота вовсе не портит её. Наоборот, подчёркивает пышущее здоровьем молодое тело.

Прозрачный пеньюар едва скрывает обнажённое тело. И что он точно скрыть не может, её затвердевшие соски на упругой груди, выдающиеся вперёд старающиеся прорвать тонкую преграду. Изгиб ключиц так и манит прикоснутся к ним.

– У тебя необычная внешность для Гетлонда. Откуда ты?

– Из Мемфиса. Города, лежащего на реке Нил.
– Девушка говорит медленно высоким голосом с заметным акцентом, что только добавляет экзотики.

– Долина царей.
– Качнул, я головой.
– Как ты оказалась в Гетлонде?

– Я. Моя семья, бежать от войны с Меекханом. Отец быть, торговцем со связями в Гетлонде.

– Ясно.

– Ты не хотеть узнать моё имя?

– А мне это нужно?
– Втянув сладкий окружающий воздух спросил я. Пристально пройдясь взглядом по каждому сантиметру девушки.
– Идём.
– Я поднялся из-за стола.

– Так сразу?
– Спросила она, но без промедления поднимаясь за мной прижавшись ко мне горячим телом.

– Ночь коротка, а дел много.
– Ладонь сама легла на упругие ягодицы.
– Поспешим.

– Но, но, но.
– Протянула девушка, развернувшись ко мне лицом взяв мою руку.
– Торопиться, мы, не будем.
– Она прижала мою руку к своей к груди, позволяя почувствовать затвердевший сосок.

– Как скажешь. Я не против.

Выходя из зала, отстал на шаг оттянув край штанов. Помыто, побрито, цвет здоровый, настрой боевой. Чётко.

Эксперимент 28. Испытуемый - Мартин Ланге.

– Сегодня испытуемый справляется намного лучше.
– Заметил один из наблюдателей, делая пометки у себя на планшете.

– Концентрация значительно повысилась.
– Добавил его товарищ.
– На нём сегодня протестировали новый препарат?

– Нет. Сегодня вообще не день испытаний. Повторный эксперимент был назначен на послезавтра, но испытуемый сам изъявил желание.

– Хватит трепаться.
– Прервал диалог двух наблюдателей глава исследования.
– Достаточно. Испытуемый, благодарю за участие, на сегодня закончим. Отправьте отчёт с новыми данными майору Кёнигу, для утверждения более интенсивной подготовки Мартина Ланге. Следующее исследование назначьте на среду.

– К сожалению не выйдет. В среду Ланге задействован в исследование Вернора фон Брауна.

– Того самого, что спроектировал ФАУ-1?
– Удивлённо уточнил глава.

– Так, точно. Сейчас он разрабатывает аналог Руссладского «молота».

– Я слышал он считает, что за счёт возможностей вернувшихся в кратчайшие сроки повышать физические возможности и овладевать метафизическими умениями, они смогут беспрепяственно проходить звуковой барьер находясь внутри ФАУ. Для заброски их в глубь вражеской территории.

– Хм-м. Нелепо. Впреть не озвучивайте и не собирайте бредовые слухи.

На поздний обед, а именно в три часа дня, в столовой только-только собрался четвёртый отряд. В это похмельное утро, а точнее в день…

– Хватит издеваться, Эксисиай.
– Простонал Хантер, держа у головы холодный стакан воды и с трясущейся ложки поглощая куриный бульон.

– Слабак. Нужно же так нажраться было.
– Находящийся в не многим лучшем состоянии Легенда, осушал уже вторую банку рассола.