Шрифт:
— Я дам кинжал. Я вообще ребром вырванным из курицы убил полтора десятка этих куриц сидя в яме уличного сортира. Так что и ты как нибудь справишься.
Он кивнул. Медленно. Словно каждое движение отдавалось болью.
00:15:36
— Не хочу умирать, — прошептала София.
— И не умрёшь, — сказал я. — Я вытащу тебя.
— Обещаешь?
— Да. Обещаю.
Она кивнула. Слёзы на глазах не пошли. Лицо осталось сухим. Просто... сдавленным. Как будто задыхается изнутри.
Я обвёл взглядом всех.
— У нас есть пятнадцать минут. Хотите — молчим. Хотите — говорим. Но давайте не в страхе сидеть. Кто вы вообще? До всего этого.
Франческо посмотрел в окно. Потом вздохнул.
— Я автомеханик. Рим. У меня был маленький гараж. Любил машины.
— Я — учитель музыки, — сказал Алессандро. — Скрипка. Школа в Турине.
— Я — медик. Практика в больнице. Стажёр, — сказала Маттиа. — Но крови всё равно боюсь.
— Я училась на архитектора, — прошептала София. — Была последняя сессия. Мама ругалась, что я поздно возвращаюсь.
Все посмотрели на меня.
— А ты?
— Я... — замолчал. — Делал всякое. Научился убивать и не быть убитым.
Тишина. Потом Франческо сказал:
— Подходит.
00:12:21
Тишина начала превращаться в стук крови в висках.
Таймер продолжал тикать.
До конца первого этапа инициации: 00:12:11
Ещё десять минут глухих обрывчатых разговоров и последняя минута — гробовая тишина. Будто весь мир замер перед одним единственным желанием всемогущей системы. Мы даже не дышали. Время капало, как кровь из вскрытой вены — размеренно и безвозвратно.
00:00:01
00:00:00
Никакого звука. Ни вспышки, ни толчка, ни вибрации под ногами. Только надпись, выжженная в воздухе у всех перед глазами:
Второй этап инициации запущен.
Срок: 30 земных суток.
Население мира на момент инициации первого этапа: 8 532 963 135
Население мира на данный момент: 6 763 245 643
Сгенерировано: 54 671 гнездо
Сгенерировано: 1 000 Храмов Тысячи Богов
Выжившие! Приветствуйте ваших Богов!
Защита мира ослабела. Грань меж мирами истончилась.
Слабые умрут. Сильные станут ещё сильнее.
Добро пожаловать в систему!
Потом вспышка — не наружная, внутренняя. Мозг загудел. Будто кто-то лизнул электрическим током глубоко за глазами. София вскрикнула. Маттиа схватилась за сердце. Франческо ударился затылком о стену. Видимо пытался самоубиться, лишь бы эта боль прекратилась. Я стиснул зубы, когда что-то чужое полезло в голову — сразу, без предупреждения, как шприц в глаз.
За успешное прохождение первого этапа инициации и убийство четырёх инициаторов вы получаете: + 4 очка навыков. А так же знание общего системного языка.
Мне будто вскрыли череп тупым ножом, вынули мозг, что-то в него добавили и сунули обратно.
Тупая дикая боль, от которой просто хотелось убиться об стол.
А ещё как я понял...
Система приняла всех. Даже тех, кто ещё не убивал, не прокачивался, не был готов.
— Ааа… — простонал Алессандро. Глаза у него затекли влево, перекосило губу. Он сел боком, свалился, оперся плечом на стену. Дышал — часто, тяжело, как будто только что вынырнул после трёх минут под водой.
— Эй! Эй, ты с нами? — я подполз к нему, тронул за лицо. Реакции почти не было. Зрачки не держались фокуса. Он что-то пробормотал, язык заплёлся.
София закрыла рот руками. У неё дрожали локти.
— Что с ним? — выдавила она.
— Мозг не выдержал подключения, — тихо сказал я. — Слишком резкий вход.
Маттиа встала, пошатываясь. Достала из-за пазухи влажную салфетку, вытерла лоб Алессандро. Тот захрипел, будто захлёбывался. Потом немного отпустило — он сел ровнее, хотя правая рука висела, как чужая.
— Слышу… музыку… — прошептал он, шевеля губами. — Знаете… я... я думал... это будет свет...
Никто не ответил. Мы не знали, что сказать.
Франческо встал и, облокотившись о стол, подошёл к окну. Там всё было так же. Разбитая улица, серый день, остатки города, превращённого в мясной фарш. Но что-то в воздухе изменилось. Стало… легче. Прозрачнее. Как будто разгерметизация. Как будто плёнка, державшая мир в куполе, начала трескаться.
— Шесть… миллиардов… — прошептала София. Она читала сообщение, снова и снова. — Почти два миллиарда мёртвых. За один этап. За три дня...