Вес оболочки теперь больше двухсот килограмм из-за плотной брони и тяжелого пулемета, закрепленного сейчас за спиной, и двуручного топора, термальное лезвие которого только ждет нажатия кнопки пуска, чтобы раскалиться до яркого света.

Массивный шлем опускается на голову, после чего затворы намертво прикручиваются к туловищу. Гном пробует сделать шаг, и синтетические мышцы получают энергию от одного из приводов, присоединенных к двигателю.

Советник выходит из кабинета и направляется к королю, неся в одной руке старинный топор, а в другой ящик с неизвестным содержимым. Попадающие на пути гномы уважительно смотрят на внушительного Рикронта и только воодушевляются, но сам советник смотрит только перед собой.

Вскоре путь заканчивается перед дверьми в покои короля. Афогил удивленно поднимает голову и смотрит на Рикронта с улыбкой на лице. Сам гость видит, что король тоже облачился в свой экзодоспех с позолотой и вооружен королевской алебардой Бич Псиоников. Только монарх имеет право выйти на бой с оружием-реликвией.

— Рикронт, рад видеть, что ты уже готов к бою, — Афогил встает из-за стола. — Ты не обязан идти в бой, так как все-таки стар, но я буду рад видеть тебя со мной. Все же именно ты научил меня бою на топорах и другим вещам.

— Да, мой король, я действительно многому вас обучил. И прошу внимательно выслушать мои слова. Нам нужно повременить со штурмом Акалира.

— Я, разумеется, тебя выслушаю. Как и всегда. Но почему нам стоит притормозить? — Афогил встает в нескольких шагах.

— Восточный Горизонт тоже явно намерен атаковать планету. Пускай поубивают друг друга, а уже потом нагрянем мы.

— Это неубедительный довод, — качает головой гномий король, скрывающий темно-рыжие волосы за прекрасным шлемом. — Мы сюда пришли не захватывать земли, ресурсы или технологии. Мы пришли положить конец псионической угрозе. И для этого нам не нужно ждать, пока эльфы закрепятся на планете. Есть еще что-то?

Рикронт отвечает не сразу, а потом поднимает левую руку, которая держит ящик.

— Что ты принес?

— Мой последний аргумент. Прошу меня простить, — Рикронт открывает дверцу и переворачивает ящик. Оттуда вылетает хрустальный шар, который со звоном разбивается о металлический пол, а осколки разлетаются во все стороны.

— Я не понимаю тебя, Рикронт. Это аллегория на то, что станет с Алиа Ферр при столкновении с Акалиром? Мы знаем, что будет трудно.

— Нет, это кое-что другое, — говорит гном и отпрыгивает к дверям.

Внезапно над горой осколков рождается черная точка, которая начинает притягивать к себе. Прямо в кабинете возникает явление, напоминающее черную дыру, но это просто невозможно. На стене пищит детектор дельта-гира, а показание зашкаливает.

— Рикронт, ты! — Афогил потрясен до глубины души предательством гнома, которого знал с раннего детства. Гнома, который был близким другом. Черная дыра увеличилась до размеров блюдца, и все незакрепленные предметы исчезают в ней, но сам король активировал магнитные подошвы и намертво приклеился к полу.

Из-за этого Афогил не может сбежать из комнаты, так как черная дыра перегораживает проход, а у дверей Рикронт убивает охранников, прибежавших узнать, что происходит. Советник-предатель бросает последний взгляд на короля и выходит из комнаты, заблокировав дверь снаружи.

— Рикронт! — ревет Афогил, а черная дыра продолжает расти. Если так и продолжится, но гнома оторвет от пола вместе с полом.

— Я не умру здесь! — кричит монарх и с большим трудом отводит руки для удара алебардой. Он твердо намерен одолеть в бою любого противника, даже если это сама псионика в самом жутком исполнении. Ибо таков его долг короля.

В межзвездном пространстве проплывают гордые профили кораблей Юнион Анколор и строятся в правильных порядках. Совсем немного осталось времени до входа в бывшую родную систему Сакрамена, где сейчас ведется бой за право обладания ключом к новому мирозданию. Во всяком случае так сказала Амхидера.

Магест опирается на посох в боевом облачении верховного техноклирика в виде экзодоспеха с застывшими завихрениями металла на броне. Это вплавленные психоактивные элементы, которые помогают в бою псионикам. Голова старика не покрыта, но это не особо нужно, так как она сама по себе защищена броней, предохраняя остатки биологического мозга внутри. Все же Магест в несколько раз пережил обычный человеческий возраст, поэтому теперь вынужден полагаться на технологии, которые поддерживают жизнеобеспечение.

«Но так даже лучше. Пускай я стал по большей части неживым, я никогда не чувствовал себя настолько бодрым и сильным. Даже во времена далекой молодости такого не происходило», — главный священнослужитель смотрит на заседание Культа Ордината, в котором он выступает в роли председателя. Техноклирики выступают поочередно, докладывая о подготовке к операции.

Культ Ордината — главная политическая сила после самой Амхидеры. По мнению учебников именно такая форма является совершенной, объединяя лучшее от разных типов мышления. Техноклирики — политики с большим уклоном в науку, которые одновременно являются религиозными лидерами. В себе эти личности объединяют разные подходы и методики, в то время как в прошлом политики, ученые и жрецы были строго разделены между собой и не могли ни о чем толком договориться.