Защитный барьер вокруг замка разбивается под градом таких снарядов, но самое ценное здесь находится над ним в центре черной дыры. Именно там рождается Сингулярность, и этому объект просто невозможно нанести урон, это сердце Пограничья.

Авгура замечает, что вперед двигаются и другие войска, пришедшие из Акалира. И ведет их Фантазм, главный ИИ Сакрамена. Авгура никогда не считала его равным себе, особенно из-за того, что он думал только о том, чтобы уничтожить Параллакса. Удивительно увидеть его здесь, поэтому хозяйка Пограничья приходит к выводу, что он тоже смог измениться. Все же в мета-экзисте неживое получает свойства живого, а изменения — основа выживания.

«Но и вас я не боюсь», — Авгура начинает получать от происходящего удовольствие. Пускай они заставили взять паузу, но победа, полученная с трудом, намного более приятная. Будет о чем вспомнить, когда битвы останутся позади. Сейчас Авгура представляет себя этакой темной повелительницей, которая собирается уничтожить зачем-то мир, а силы Света и Добра пришли остановить страшного врага.

Ей всегда нравились такие сказания, где всё понятно. Где нет политики, серой морали и войн, построенных на жадности. И когда вся галактика с Мировым Древом провалится в её Пограничье, именно такие миры будут ждать всех. В каких-то мирах она будет символом великого зла, которое уничтожает всё вокруг. В других будет истинной иконой добродетели, как это было в Сакрамене. И там она будет помогать народам в борьбе против демонов.

А когда это надоест, можно будет прожить жизнь обычного человека или эльфа с заблокированными силами. Такой опыт станет даже более привлекательным. И без ограничений: побывает и мужчиной, и женщиной, и воином, и ученым. В мета-экзисте, конечно, это тоже было возможно, но бесконечные просторы мета-существования наполнены чем угодно, но только не другой жизнью. Не с кем говорить, воевать или играть.

«Так и хочется им сказать, почему они сопротивляются и жертвуют жизнями? Приход к Сингулярности не означает, что они все умрут. Им даже может понравиться жить среди мифов», — Авгура это понимает, но знает, что никто её слушать не станет. А в таком случае и она искать встречи не будет. Все равно среди них нет никого такого же интересного, как Кошмар. Он действительно мог бы прожить заново жизнь, но уже счастливую, но это ему неинтересно.

— Так идите же ко мне! — восклицает эльфийка, раскинув руки.

И первые самолеты гномов уже пролетают на низкой высоте над замком и сбрасывают тяжеленные бомбы. Расцветают огненные цветы взрывов, но Авгура перехватывает каждую бомбу, а потом создает небольшую червоточину, которая носится по небу подобно черной молнии и сбивает самолеты.

Авгура знает, что могла бы закончить всё одним ударом, но хочется растянуть удовольствие. В этот момент в небесах появляется белоснежная молния, которая уничтожает быструю червоточину. Взор хозяйки Пограничья быстро находит космический корабль, что лежит разбитым на побережье. Этот корабль ретранслирует сигнал откуда-то еще.

Взор проникает дальше, Авгуре ничего не стоит отправить мысль за миллионы километров. Вскоре перед глазами предстает Акалир и озеро Раткуль, на дне которого находится Бастион с огромными резонаторами. Там раскинуто Пограничье Фантазма, через которое энергия отправляется к космическому кораблю, который является шлюзом в этом Пограничье.

«Неплохо придумал, Фантазм», — Авгура смотрит на то, как воды озера поднимаются и опускаются как в сильную бурю, а потом большие объемы ментальной энергии дождем падают на замок. Под таким напором любое строение обратится в строительный мусор, так и происходит, когда начинают рушиться башни и стены, но лишь потому, что этого захотела Авгура.

Один ментальный импульс достигает лежащего космического корабля и пробегает по транслирующим антеннам, расплавив всю проводку. Потом импульс пронзает Пограничье и пользуется любезно оставленным проходом на дно озера Раткуль. Теперь вода огромного озера взрывается фонтанами в небеса, словно под водой взорвались тысячи сверхмощных бомб. Это приводит к разрушению Бастиона с его оператором в лице Германа. Рыцарь продолжает сидеть в кресле управления, но голова безвольно упала на грудь, а на доспех с губ срываются капли крови.

Тем временем замок повторно исчезает за огненным штормом, который устроили гномы. Множество механических зверей размером с сам замок открыли огонь с переносимых на спинах орудиях, пробивая защиту и разрывая древний камень. При этом каждый снаряд рассыпает при взрыве облака отрицательных для дельта-гира частиц, что делает затруднительным использование псионики.

Но это лишь вызывает улыбку у защитницы крепости. Вокруг бушуют пожары, а небеса заполнены десантирующимися гномами, которые прекратили бомбардировку, так как к замку приближаются пехотные подразделения и боевые машины сравнительно небольшого размера. С другой стороны приближаются защитники Акалира.

Авгура вертит головой из стороны в сторону и начинает хлопать в ладоши. Ситуация меняется, но так даже будет веселее. Тренированное тело Миэны хорошо, даже слишком хорошо, императрица эльфов с раннего детства училась убивать. Ментальный порыв запускает тело высоко в воздух, а после Авгура приземляется среди домов, что окружали главный замок. Теперь здесь множество огня и ям от упавших снарядов, а также ям, заполненных огнем и дымом. Не говоря уже о звуках.

«О, звуки», — Авгура никогда не испытывала жажды разрушений, но война — это такой чувственный опыт, который способен перетряхнуть всё естество. Небеса гудят от двигателей кораблей. Земля вздрагивает от топота огромных механических зверей. Воздух сотрясают выстрелы боевых машин и передвижной артиллерии с двух сторон. А эфир, который Авгура может прослушивать без каких-либо приспособлений, наполнен приказами.