Шрифт:
— Только кофе. С недавних пор на корицу у меня аллергия.
— Как жаль, как жаль… А я, пожалуй, не откажусь от корзинки цукатов. Врачи, знаете ли, не рекомендуют, но что поделаешь — с детства обожаю сладкое. И не люблю плохих новостей, — добавил он со значением.
— Слышал о твоём любимом племяннике, — холодно сказал я, провожая взглядом официанта. И немного помешкав, добавил: — Соболезную.
— Ах, не верю. Не верю и всё тут. Недостаточно проникновенно, Владимир. Потренируйтесь, что ли, перед зеркалом. Будь Роман действительно так любим мною, я бы мог посчитать себя оскорблённым.
— Будь это действительно так, и мои соболезнования стали бы самым проникновенным, что ты когда-либо слышал.
— Ваше чувство такта, Владимир, под стать иным моральным достоинствам. Я, кажется, просил вас в моём присутствии обходиться без фамильярностей?
— Я помню, просил. А я просил не создавать мне проблем. Как видишь, мы оба не получили желаемого.
— Боюсь, что пока не вижу…
— Кто-то натравил на меня отморозков, — рубанул я. — Шпану из приозёрских.
— Если вы здесь, значит, проблема, так или иначе, решилась. Или случилось что-то серьёзное и вам потребовалась моя помощь?
— Помощь нужна не мне.
— Поясни… Спасибо, гарсон! — принял он лакомства, принесённые тараканом во фраке. Поднеся к губам микроскопическую чашечку кофе, Григорий Карлович дал знак продолжать. Я поморщился.
— Исполнителей и заказчика свёл вместе именно ваш дражайший племянник. После чего благополучно передознулся, прямо-таки хрестоматийно, наглушняк. Двадцать лет торчал и ничего, знал меру. К тому же дурь ему, подозреваю, поставляли исключительно чистую. А тут вдруг — передоз, и… Вам уже донесли, что пишут газеты? Всё это камни в ваш огород.
— Любопытную картину рисуете, Владимир. Полагаю, вы хотите сказать, что вам известно о моих врагах больше, чем мне самому?
— Возможно, есть кое-какие соображения…
— И вы, конечно же, окажете мне такую любезность?
— За интерес не работаю, — медленно покачал головой я. — Это будет стоить вам два миллиона, в случае успеха, разумеется, и одну маленькую услугу, но прямо сейчас.
— Что за услуга? — Григорий Карлович резко нахмурился. Его можно понять, деньги — есть деньги, а вот услуги бывают разными. В том числе и очень вредными для репутации. Которая, для такого как он, дороже любых миллионов.
— Здесь адрес, — измаранная чёрным фломастером салфетка переместилась на другой край стола. — Пацан лет пяти, больная мать… Просто присмотрите за ними. Дети и старики не виновны в наших грехах.
— Что я слышу, Владимир? Вы решили заняться благотворительностью?
— Просто безобидная прихоть. Причуда, если хотите. А благотворительностью я предлагаю заняться вам, как человеку, близкому к рычагам власти. Говорят, это полезно для репутации.
— Не учите пожилого человека, как ему делать дела. Я ознакомлюсь и отдам соответствующие распоряжения. А теперь, простите, у меня ещё встреча.
— Спасибо за кофе, Григорий Карлович.
— Звучало бы убедительнее, Владимир, если б вы его хотя бы попробовали.
— В другой раз, — пообещал я, поднимаясь из-за стола. Возникший непонятно откуда лакей проводил меня к выходу и, пожелав хорошего дня, закрыл за неудобным посетителем дверь. После прохладного нутра ресторана первая в этом году жара встречала щебетом птиц в небольшом городском сквере и хмурым преддождевым небом. Низко кружащие чайки предрекали притихшему городу ливень, может быть, даже с грозой. Но вместо дождя в мир, кажется, пришёл апокалипсис:
Внимание! Фиксируются множественные попытки прорыва в родовую локацию! Защитите свой мир от вторжения!
Миссия «Защита родовой локации (F)» принята автоматически! До переноса: 4:59… 4:58… 4:57…
Приложение № 2
«Линч (E)»
Общий ID: неизвестен
Локальный ID: Z-997
Истинное имя: Владимир Ильич Трудин (скрыто)
Возраст: 35 лет (12812 дней)
Раса: человек (99.3 %)
Расовый ранг: Е
Пол: мужской
Уровень: 7 (6/140 Очков Системы)
Очки Параметров: 0
Очки Заслуг: 1349
Социальные факторы:
Рейтинг угрозы: Е+
Репутация с Неизвестным: 30
Репутация с Теневиром: 250 (Линч), 100 (Дориан)