Назначаемый губернатор — это исполнительная власть.

Назначаемый судья — это судебная власть.

При каждой ветви провинциальной власти будет свой аппарат, который опутает провинцию своими сетями и увеличит контроль над ней.

Мой идеал — это тотальный контроль над всеми гражданами, как на родимой матушке-Земле. Максимально эффективный сбор налогов, быстрое и качественное реформирование устаревших институтов, а также экстерриториальная (1) армия, не врастающая в провинцию корнями.

Если сравнивать с Землёй, то в Поднебесной у людей просто воля-вольная — человек практически никогда не ебёт и не волнует мудрое начальство, поэтому в его дела никто и никогда не лезет. Единственный недостаток — если дела пошли не очень, то начальству тоже глубоко похуй.

Я хочу уничтожить эту безблагодатную систему и тонко настроить механизм управления, чтобы до последней собаки, живущей в конкретном дворе, было дело хоть кому-нибудь.

Только при полном контроле над подотчётным населением удастся провести жёсткие и молниеносные реформы, которые преобразуют Центральные провинции в унитарное государство.

А как только Центральные провинции будут полностью присоединены к империи и реформы будут закончены, настанет черёд остальных провинций — если всё пойдёт так, как задумано, ещё при жизни Реншу будет объединена вся Поднебесная.

И объединена она будет не на личности, которая может и умереть или съебаться в неизвестность от моральной усталости, а на прогрессивном бюрократическом монолите.

Мне никак не дают покоя железные дороги…

Очень хочется начать масштабное строительство железных дорог, но всё упирается в металл — у нас нет промышленных количеств стали, а ещё мы не можем промышленно ковать из них рельсы.

Маркус работает над задачей — он хочет сделать какую-то новую плавильню, которая будет более эффективна, чем тигельные плавки.

Да, тигельная сталь — это очень круто, потому что позволяет получать сталь заданных характеристик, с великолепнейшими свойствами, но в тиглях много не наплавишь, а нужно очень много.

Если бы мы могли прокатывать рельсы…

Над задачей также трудятся практики стихий Металла и Огня — они разрабатывают метод получения стали из доменного чугуна.

Маркус объяснил мне, чем именно они занимаются: они решают извечную проблему топлива, пока вопрос с коксом (2) не будет решён окончательно.

Сильные практики стихии Огня, как уже установлено, способны давать устойчивую температуру в 1500–1600 градусов Цельсия, а самые сильные могут жечь на все 2000 градусов, что слегка избыточно для наших задач, но, всё равно, круто.

А практики стихии Металла способны манипулировать расплавленным металлом и формировать из него полуфабрикаты — заготовки для прокатных станков, которые ещё предстоит изобрести.

Эти практики и сами могут заменить прокатный стан, но их работа не очень-то эффективна и слишком медленна. Нам нужно быстрее, поэтому механизация всех процессов просто неизбежна.

В Императорской академии высших искусств и наук пытаются получить кокс — жгут разные сорта угля в разных условиях и документируют всё происходящее. Если у них получится выработать надёжный и эффективный процесс коксования угля, то это решительно удешевит выплавку чугуна в доменных печах, потому что не будет нужды в древесном угле, завозимом из всех окрестных провинций.

«Если всё получится, то мы сможем производить рельсы, а это откроет путь к феноменально быстрой логистике», — подумал я. — «Железные дороги дадут нам такое военное преимущество, что Поднебесная падёт — никто не сможет победить нас, потому что мы будем всегда и везде».

Ну и гражданское значение недооценивать нельзя: связь между провинциями радикально ускорится, активизируется торговля, промышленные центры будут объединены и начнётся полномасштабная промышленная революция.

И император будет возглавлять её, а не вяло пытаться остановить, как это делал тот же Юнтин и его предшественники.

Мы знаем, из архивов императорской администрации, что появление огнестрельного оружия было встречено кровососами в штыки — они были недовольны этим, как и юся, испытавшие на себе свинцовые пули.

Последовала череда запретов, которые сработали только для гражданского населения, но не для ванов. Ваны с удовольствием воспользовались потенциальным конкурентным преимуществом и валили друг друга в, так называемой, Мушкетной войне, начавшейся почти сразу после появления первого огнестрела и, по сути, идущей до сих пор…

Сара считает, что это всё «болезни роста», то есть, этапы, которые должна пережить Поднебесная, прежде чем она «вырастет» и станет по-настоящему цивилизованной.

Я же считаю, что всего этого можно избежать с помощью централизации власти и обеспечения государственной монополии на насилие.