Шрифт:
Грохнула осадная артиллерия и на головы идущих кровососов обрушилась картечь.
От стреловидной картечи мы быстро отказались, потому что слишком дорогая штука, сравнительно со свинцовым дерьмом, а эффект почти такой же.
Да и технологически проще отливать свинцовые шары, которые потом надо лишь слегка посеребрить, для остроты вкуса, поэтому мы пошли в сторону упрощения производства, ведь картечи нам нужно просто дохуя и больше.
Стрелковые цепи снова поредели от снопов картечи, но это не повлияло почти ни на что, кроме численности вражеских солдат — они продолжали упорно переть на нас, потому что в наших окопах их ждёт награда. Награда — кровь солдат.
Новый залп — выстрелили ружья и винтовки, а им вторили полевые пушки.
Все, кто был перед нами, попадал замертво, но позади мертвецов уже поднимались с брустверов и строились в поле новые цепи.
Я не знаю, чем думает эта манда, Моргана, но она тупо расходует своих солдат, нанося нам сравнительно незначительные потери. Зачем — возможно, она прочувствовала траншейный тупик и пытается преодолеть его в лоб…
«И всё бы было заебись, не докатывайся эти волны, иногда, до линии траншей», — подумал я, продолжив перезаряжать свою Д-25М.
Смотрю на поле перед собой и вижу горки трупов, изрезанных картечью и пулями, жидкую грязь, в которой плавают крысы, разжиревшие на дармовых трупах, а также мушкеты, лежащие в грязи или торчащие из неё тут и там.
Артиллерия практически не смолкает и дубасит по позициям врага то бомбами, то шрапнелью. Впрочем, шрапнель — это очень редкий гость на этом поле сражения.
Вставляю четвёртый снаряд со стрелками, надеваю капсюль на огневую трубку и медленно ослабляю курок. Их тут у меня целых четыре, поэтому нужно аккуратно, чтобы случайно не шарахнуть по капсюлю…
Сажусь на табуретку и жду приближения вражеских волн.
Юся Кит, в недавнем прошлом ван провинции Синъян, а в давнем прошлом задрот-геймер, сидевший на шее у пожилых родителей, объяснил, что до чего именно дошла Моргана — это тактика наступления людскими волнами, прямиком из Первой мировой войны.
Я о Первой мировой знаю очень мало — только то, что был царь Николай II, великие князья, купцы, поручики, а потом революция, захват Зимнего и всё.
Но Кит когда-то играл в какую-то игру, в которой бои происходят в Первую мировую и, на почве интереса к этому, он почитал и поизучал, как реально велась та война. Естественно, оказалось, что игра с Первой мировой не имеет вообще ничего общего, а велась эта война гораздо грустнее, чем показано.
Собственно, нам следует ожидать, что скоро Моргана, ну или кто там всё это придумал, добавит к первой волне сапёров, которые должны будут иметь специнструмент для перерезания колючей проволоки, а также пороховые заряды, чтобы взрывать сложные участки.
Но даже так, со всеми модернизациями, эффективность подобных штурмов будет близка к нулю. Близка, но не равна — мы будем нести потери, пусть и кратно меньшие, чем враг. А если потери у врага есть, то это всё имеет для Морганы практический смысл.
«Только вот где сильные кровососы?» — подумал я, открывая книжку «Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь жёлтую листву».
Жанр, естественно, уся, потому что про нас, про подводников…
— Восемьсот метров!!! — оповестил всех наблюдатель.
Артиллеристы дали залп и над ничейной грязью начали взрываться снаряды с дистанционными трубками. Некоторые не взрываются, а просто втыкаются в землю — брак на производстве есть, и он ощутимо влияет на ход боевых действий.
Прерываю чтение и выглядываю из-за бруствера. Врагу осталось пройти ещё семьсот метров.
В первую атаку они пытались бежать по полю, ну, чтобы побыстрее оказаться в наших траншеях, но выяснилось, что из-за разной индивидуальной скорости они начинают сталпливаться и создавать заторы, ну и устают быстро, потому что больше люди, нежели кровососы.
«Недокровососы, блядь», — подумал я.
Во вторую атаку часть этих недокровососов пыталась бежать, а часть пошла пешком, всё той же хаотичной лавиной, поэтому результат оказался столь же плачевным, но шедшие пешком прошли дальше.
В третью атаку они все пошли пешком и продвинулись дальше, чем ожидалось, поэтому впредь никто больше не бегал.
На отметке пятьсот метров солдаты вновь разобрали цели и открыли огонь по команде.
Недокровососы падали сотнями за раз, но позади были всё новые и новые цепи…
Наконец, они подошли на дистанцию досягаемости картечи и начали нести по-настоящему ощутимые потери.
Оторванные конечности и головы разлетелись по полю, некоторые недокровососы получали несмертельные ранения и с остервенением продолжили ползти к траншеям, но гибли от метких попаданий из винтовок шарпшутеров.