— Очень красивые экземпляры… Очень, — пробормотал эксперт.

— За сколько можем их взять, Миша? — спросил у него Стародубцев.

— Исходная стоимость бирюзовой жемчужины — сто пятьдесят тысяч рублей, — оценил мои сокровища эксперт. — Розовая — чуть поменьше будет стоить. Сто двадцать тысяч.

— Александр, я вам могу прямо сейчас перевести всю сумму. Двести семьдесят тысяч, — обратился ко мне Стародубцев.

— Я даже торговаться не буду, — ухмыльнулся я. — Переводите.

Что ж, я зафиксировал приход на карту очередной крупной денежной суммы. И после этого мы подписали акт купли-продажи.

Стародубцев — довольный как слон и внезапно разговорившийся на тему ценных минералов — подбросил меня до дома.

Так я в очередной раз узнал, что мои жемчужины постепенно завоёвывают доверие покупателей в лице аристократов. Всё больше о них говорят на светских вечерах, и всё больше людей задумываются об их приобретении. А если растёт спрос, значит, уже очень скоро поднимется и цена. Разумеется, это меня очень сильно обрадовало.

Попрощавшись со Стародубцевым, я вернулся в квартиру. Но Хрума нигде не было. Я проверил мебель, содержимое холодильника, ванную комнату. Всё было в полнейшем порядке, но куда-то подевался питомец.

Значит, решил поиграть в прятки? Хорошо, поступим иначе. Найдём тебя, дружок, по связующей нити.

Я замер посреди спальни, сконцентрировался, нащупал тонкую нить, колыхающуюся в воздухе. Вот, значит, ты где, проказник. На люстре.

Я снял с матового плафона боевого ежа, который совсем не хотел сниматься. Пришлось ему сообщить, что сегодня вечером мы ещё раз прогуляемся по парку.

Хрум отцепил лапки, очутился на моих руках, обиженно отвернулся.

— Пойми, Хрум, я ведь не могу всё время носить тебя с собой, — обратился я к нему. — Да и отвлёкся я всего на полчаса. К чему эти обиды?

Хрум фыркнул, надувая щёки. Тем самым он показывал, насколько я не прав.

— Дружище, за полчаса со мной ничего бы не случилось, — добавил я, и Хрум тяжело вздохнул, затем повернулся и уткнулся мордочкой мне в руку, потёршись о неё своим носом.

Это значило, что я ему дорог и… он чувствует неладное. Я вновь вернулся к мысли, что не только нюх у моего питомца потрясающий. Ещё у него развито шестое чувство, которое обычно я называл чуйкой.

— Хорошо, я тебя буду всё время брать с собой, — пригладил я его вибрирующие сложенные колючки. — Доволен?

Хрум засвистел в ответ. Он рад, что я принял такое решение.

Мой телефон просигналил. Пришло сообщение от Анны.

«Саш, привет! Ты сильно занят?» — написала она.

«Привет, Анют. Не особо» — отправил я ей в ответ.

«Я хотела бы пообщаться. Что-то после той ночёвки мы и не общались. Может прогуляемся?» — получил я от Ани очередное сообщение.

«Предлагаю на пляж. Я возьму Хрума» — написал я.

«Отличная идея! Ёжика обязательно бери. Ты же знаешь, он мой любимчик» — прислала Аня сообщение, подкрепив его смайлом в виде сердечка.

Через час я встретил Анну недалеко от городского пляжа. Мы переоделись в купальное, и я на пару секунд залип на подтянутую грудь целительницы, которая скрывалась под голубой материей. С трудом, но отвёл взгляд, выпустил Хрума на жёлтый песок, и питомец сразу закопался наполовину в нагретый солнцем песок.

Народу на пляже было немного. Обычно не протолкнуться, а сейчас даже у кромки воды полно свободного места, где можно поставить два шезлонга и раскинуть над ними магический зонт из плотной энергии, не пропускающей ультрафиолет. Что мы и сделали.

— Ань, всё нормально? — всмотрелся я в голубые глаза целительницы и замечая в них мелькнувшую тревогу.

— А, да, всё отлично, — встрепенулась девушка. — Кстати, Хрум умеет плавать?

— Все ежи отличные пловцы, — засмеялся я. — Но насчёт Хрума большой вопрос. Вот сейчас и проверим. Дружок, ты готов к водным процедурам?

Хрум никак не отреагировал. Он разлёгся на песке у шезлонга и взглянул на меня непонимающим взглядом. Видно ни разу он ещё не окунался в воду, вот и не ответил.

Мы окунулись в прохладную воду. Хрум тут же вскочил и полез за своим хозяином. А затем так загрёб лапами, что не проплыл, а мелькнул между нами, уплывая в неизвестном направлении.

— Хрум! — позвал я питомца. — А ну вернись!

Но питомец явно увлёкся, дорвавшись до воды. Где он теперь, вообще без понятия. И по связующей нити я его найти уже не мог. Вода экранирует такие нити. И так паутинку, которая нас с ним связывает, сложно найти, а на фоне бликующей поверхности воды это сделать вообще нереально.