— Стража?

— Приехала через десять минут. Нападавшие уже скрылись. Сейчас составляют протокол.

Я помолчал, обдумывая ситуацию. Показательный налёт — у кого-то из конкурентов не выдержали нервы. Демидовы? Яковлевы? Или местные криминальные структуры?

— Артём, закрывай магазин на неделю. Объяви о ремонте и усилении безопасности. Я приеду через несколько часов.

— Будет исполнено, воевода.

Положив трубку, я откинулся в кресле. Большая игра началась. Вот только не все игроки понимали истинную расстановку фигур на игровой доске. Что же, совсем скоро никому не захочется связываться с Угрюмым Арсеналом.

Через три с половиной часа после звонка я прибыл в Москву. Муромец остановился у входа в «Золотые Врата» — шестиэтажное здание из стекла и бетона в самом центре столицы. Фасад украшали роскошные элементы декора, а над главным входом красовалась надпись готическим шрифтом. Даже парковка здесь стоила как месячная зарплата простого рабочего.

Но моё внимание привлекла не роскошь торгового центра, а зияющая дыра в стеклянной стене первого этажа. Там, где ещё недавно красовалась витрина «Угрюмого Арсенала», теперь темнел пролом, затянутый полиэтиленовой плёнкой. Осколки стекла всё ещё поблёскивали на тротуаре, хотя основную часть уже убрали.

Вокруг места происшествия была растянута жёлтая лента с надписью «Не пересекать». Трое сотрудников в форме Московского сыскного приказа методично фотографировали следы от шин на асфальте. Ещё двое опрашивали зевак, собравшихся поглазеть на разгром. Однако было заметно, что следственные мероприятия уже подходят к концу.

— Стоять! — окликнул меня усатый сержант, когда я направился к ленте. — Гражданским вход воспрещён.

— Я владелец магазина, — отозвался я, доставая документы. — Маркграф Платонов.

Сержант изучил бумаги, сверился с каким-то списком в планшете и резко преисполнился демонстративного уважения. Даже тон голоса изменился.

— Проходите, Ваше Сиятельство. Дознаватель Курчатов внутри, он вас ждёт.

Я шагнул через ленту, сопровождаемый Гаврилой и Евсеем. Степан остался за рулём машины.

Внутри магазина царил настоящий погром. Витрины разбиты, стеллажи опрокинуты, оружие из Сумеречной стали валялось вперемешку с осколками стекла. На стенах и потолке — следы от пуль, видимо, стреляли очередями для устрашения. Кассовый аппарат вскрыт и опустошён. Основная выручка хранилась в сейфе, и это могло бы спасти мои средства, но сам сейф немилосердно выдернули из стены. Вероятно, лебёдкой. Стена, естественно, не вынесла такого жестокого обращения и сейчас зияла трещинами и отверстием с выщербленными краями.

У дальней стены стоял Артём — худощавый шатен лет двадцати пяти с аккуратной бородкой и нервным тиком в левом глазу. На нём был помятый костюм, рукав порван — видимо, зацепился за что-то во время суматохи.

— Прохор Игнатьевич, — он бросился ко мне. — Простите, я не смог…

— Ты не виноват, — остановил я его самобичевание. — Против налётчиков с автоматами ты бы ничего не сделал. Расскажи подробности.

— Они въехали на Вепре…

Тяжёлый армейский внедорожник. Интересный выбор…

— … прямо через витрину, на полной скорости. Выскочили, начали крушить всё подряд, выдернули сейф. Двое держали на прицеле посетителей и охрану, трое грабили. Забрали большую часть товаров, остальное просто разбросали. Простите, перепись ещё не успел провести, в течение суток скажу точнее, что именно украли,.

— Сколько времени они пробыли внутри?

— Минут пять, не больше. Действовали слаженно, по-военному. Главарь отдавал команды жестами, почти не говорил.

К нам подошёл дознаватель Курчатов — полный мужчина средних лет с умными глазами за толстыми очками.

— Господин Платонов, верно? Ваше Сиятельство, прискорбно, что приходится встречаться при таких обстоятельствах. Я собрал предварительные данные. Машина угнана два дня назад, владелец уже написал заявление. Номера перебиты, но мы нашли настоящие. Интересная деталь — они не тронули деньги в соседних магазинах, хотя могли. Целенаправленно атаковали именно вас.

Я кивнул. Всё сходилось — это не обычный грабёж, а акция устрашения. Кто-то из конкурентов решил показать, что новичкам здесь не место. Демидовы? После нашей стычки у них были все основания для мести. Или Яковлевы, увидевшие во мне угрозу своей монополии на Сумеречную сталь?

— Ваше Сиятельство, — Курчатов достал блокнот, — у вас есть враги? Конкуренты, которым невыгодно ваше присутствие на московском рынке?

Этот глупый в своей очевидности вопрос едва не заставил меня рассмеяться.

— Я третий поставщик Сумеречной стали в Содружестве, — ответил я прямо. — Демидовы и Яковлевы вряд ли рады новому игроку.

— Были ли у вас с ними открытые конфликты? Угрозы?

— С Демидовым была… напряжённая встреча несколько месяцев назад. Разговор закончился взаимными угрозами.