Только когда он бросился прочь от полицейского к Миранде, я тоже оглянулся.

– Нет, ты должна поехать , - настаивал Кэм, заставляя меня отойти от полицейского, с которым я разговаривал.

– Я не хочу никуда ехать , - парировала Миранда.

– Что происходит?
– спросил я.

– Она не хочет ехать в больницу , - объяснил Кэм.

– Тебе нужно в больницу , - сказал я ей, увидев ее опухший глаз, порезы на руках и лице.
– Т ебе нужно, чтобы тебя осмотрели.

Она посмотрела на меня слезящимся, испуганным и полным боли взглядом.

– Детка , это всего на пару часов, — сказал я ей. — Нужно пройти обследование, а потом ты сможешь вернуться домой. Мы с Кэмом встретимся с тобой там. Верно?
– спросил я, глядя на Кэма.

– Как только мы закончим разговор с полицией , - заверил ее Кэм, потянувшись и положив ладонь ей на плечо.
– Ты должна ехать , - снова настоял он, немного тверже.

– Хорошо , - согласилась она, взяв себя в руки. Казалось, это Кэм оказывает на нее такое влияние.

– Мы будем рядом с тобой , - заверил я ее, наклоняясь, чтобы поцеловать в висок, пока она лежала на носилках.

Когда мы обернулись, чтобы посмотреть, как Миранду заносят в скорую , Ричи уже не было.

– Ты в порядке?
– спросила я, глядя на Кэма.

– Нет , - честно ответил он. Но затем потянулся за своим телефоном.
– Где вещи Миранды? Ей понадобится бумажник с медицинскими картами , телефон и зарядное устройство , - сказал он, переключаясь в режим ассистента. Я понятия не имел, было ли это сделано для того, чтобы смягчить его ненужное чувство вины, или потому, что это помогало ему справляться со своим замешательством и горем. Но я кое-что знал о механизмах преодоления трудностей , поэтому я выдал ему необходимую информацию, и вернулся к копам , чтобы закончить с допросом.

К счастью для меня, у Леннона были давние отношения с одним из полицейских, который там работал , так что обычная необходимость вызывать меня в участок для допроса отпала, благодаря активному расследованию, над которым мы оба работали: Митчеллу заткнули рот кляпом и запихнули в багажник, а также явным доказательствам того, что Ричи жестоко обращался с Мирандой, когда я вошел.

– Езжай, позаботься о своей девочке , - настаивал Леннон, сжимая мое плечо.
– Остальное на мне.

Большего мне и не требовалось, я повернулся и убежал.

Однако каким-то образом Кэму удалось добраться до чертовой больницы раньше меня, и это несмотря на то, что он останавливался , чтобы забрать вещи.

– Что нового?

– Сейчас они делают несколько снимков. Мы можем зайти позже , - сказал он мне, щелкая по экрану своего телефона.
– Я меняю ее расписание на предстоящую неделю , - объяснил он.
– Ей нужно немного отдохнуть, чтобы все обдумать.

– Эй , Кэм?
– позвал я, дождавшись, пока он посмотрит на меня.

– Да?

– Т ебе тоже, - напомнил я ему.

– Я знаю , - согласился он, и на секунду его невозмутимость исчезла.
– Мы собираемся заняться основной работой только со следующей недели , - сказал он, продолжая стучать по своему телефону.

– Кэм, какого хрена ты творишь?
– спросил я после того, как проинформировал Сойера и Тига о развитии событий, и обнаружил, что он всё ещё работает.

– Готовлю пакеты по уходу, средства для лечения ран и еду, которая будет доставлена Миранде сегодня вечером, — объяснил он.

– Это, конечно, мило, Кэм, но я думаю, что тебе хотя бы на минутку нужно перестать работать.

– Если я перестану работать, всё это дерьмо обрушится на меня, и мне надо , чтобы этого не произошло прямо сейчас.

– Я понимаю , - согласился я.
– Я был очень хорош в этом на протяжении многих лет. Но ты должен найти время для того, чтобы оно на тебя обрушилось. Иначе оно сожрет тебя, чувак.

– Не волнуйся , — сказал он мне, показывая расписание на телефоне. — Только на этой неделе у меня запланировано три сеанса терапии.

– Это хорошо, — ответил я. — Очень хорошо.

– Мы пройдём через это вместе , — добавил он уверенным тоном.

Всего через пару минут после этого к нам вышел доктор, чтобы побеседовать и пригласить нас обратно в палату, где лежала бледная и измученная Миранда.

У нее были швы на руке и полоски-бабочки на самом серьезном порезе на лице.

Ссадины успели затянуться, и при нелестном освещении они казались резкими на фоне ее кожи.

– Я в порядке , - настаивала она, пока мы с Кэмом встали рядом.