– Эй, это моя реплика , - сказал я, заставляя себя улыбнуться, зная, что именно это ей сейчас от меня и нужно.
– Ты в порядке , - сказал я ей, опускаясь на край кровати.
– Они уже дали тебе что-нибудь?

– Они не могут , - сказала она мне.
– Пока нет.

– П очему нет?
– спросил я, нахмурив брови.

– Из-за наркотиков.

– Наркотиков ? Каких наркотиков ?

– Ри… - начала она, затем взглянула на Кэма и продолжила.
– Он что-то подсыпал мне в напиток. Так он привез меня в студию. Я даже не помню, как вышла из машины. О боже , Митчелл, - сказала она, округлив глаза.

– С Митчеллом все в порядке, - заверил я, накрывая ее руку своей.
– Он был в багажнике. Он потрясен, но с ним все хорошо.

– Х орошо. Это хорошо, - сказала она, кивая и пытаясь сообразить, о чем ей следует беспокоиться дальше.

Затем она подняла взгляд и посмотрела на Кэма.

И, похоже, именно это, стало его приделом.

– Мне очень жаль , Рэнди, — сказал он, и его глаза наполнились слезами.

– Эй, - протянула она к нему руку с остекленевшим взглядом.
– Иди сюда, - позвала она.

Слегка сжав ее вторую ладонь, я вышел из комнаты, чтобы дать им возможность побыть наедине.

– Как она?
– спросил Леннон, когда я вернулся в приемную.

– Ждем результатов сканирования, но, кажется, с ней все в порядке. По крайней мере, физически.

– Ублюдок, который сделал это с ней, в операционной. Ты сломал ему челюсть.

– Хорошо.

– И нос. С глазницами…

– Он сам напросился.

– Я этого не отрицаю , - согласился Леннон.
– Я просто держу тебя в курсе. Снаружи также пара репортеров.

– Репортеры? Серьезно?

– Мисс Коултер пользуется популярностью в новостных кругах, добившись такого успеха в столь юном возрасте. Они слышали, что на нее напал бойфренд ее ассистента. Они ждут заявление. Я не даю заявлений.

– Я тоже.
– Как и остальные члены моей команды.

– Ч то там ?
– раздался позади нас голос Кэма, заставивший меня обернуться и увидеть, что он снова собранный, но с покрасневшими глазами.

– Репортеры, - сказал я ему.
– Им нужно заявление. Ни Леннон, ни моя команда не занимаются подобным дерьмом.

– Вы знаете кого-нибудь, кто этим занимается?
– спросил он, уже доставая телефон, чтобы узнать подробности.

– В «Навесинк Банк» есть фирма, которая занимается кризисным урегулированием. Они прибудут сюда в течение полутора часов. Я не думаю, что Миранду освободят до этого времени.

– Я займусь этим, - сказал Кэм, кивая.

– Можешь назвать мое имя. Они меня знают.

– Понял , - сказал он, кивнув мне.
– Она хочет тебя видеть, - добавил он, направляясь к двери.

Я уже был возле двери.

– Привет, детка, - сказал я, входя в палату и обнаруживая, что она все еще вытирает глаза.
– Вы двое в порядке?

– Да. Я думаю, нам обоим просто нужно было выплакаться.

– Ты знаешь его лучше, чем кто-либо другой, с ним все будет в порядке?

– Я прослежу за этим. Он посещает одного из лучших терапевтов в городе. И я пригласила его пожить некоторое время в гостевой комнате. Не думаю, что ему полезно возвращаться домой в эту квартиру, где повсюду вещи Ричи.

– Он останется в моей комнате?
– спросил я, надеясь, что в моих словах не проскользнула уязвимость. Но я не был уверен , что мне это удалось. Какая-то часть меня , ужасно боялась того что она уволит меня, когда дело будет сделано. Особенно после того, как увидела , мою темную сторону в студии.

Миранда похлопала по краю своей кровати, отодвигая ноги в сторону.

И, черт возьми, мне показалось, что это предвещает разочарование.

Но я все равно подошел.

Я сел.

– Я больше не хочу, чтобы ты оставался в комнате для гостей , - сказала она, когда я сделал вид, что не напрягаюсь.
– Я хочу, чтобы ты переехал в мою комнату, - продолжила она.
– Ко мне, - закончила она.

– Правда ?
– спросил я, неуверенно улыбаясь ей.

— Я хотела сказать , что понимаю , что технически работа выполнена, и, возможно, ты хочешь вернуться к своей собственной жизни, но если…

– Я бы хотел, чтобы ты стала частью моей жизни, - прервал я ее, наблюдая, как она с надеждой поднимает взгляд.

– Я знаю, что есть… географические сложности, - сказала она.

– Это час езды, милая, а не конец света. А я - известный бездельник, который берется за работу только тогда, когда это действительно необходимо. Я могу быть в городе столько, сколько захочу.