— Женился и ни о чём не жалею! А мы, видимо, будем ждать приглашений на твоё скорое бракосочетание.

— Вот ещё! — хмыкнул Ячер. — По крайней мере, у меня хватает мозгов не смешивать работу и личную жизнь.

— А ты попробуй. Это единственный вариант для человека, который живёт на работе. И не завидуй.

— Было бы чему завидовать!

Кайра как раз подошла к ним, прислонилась спиной к стене напротив Десара, уперевшись в неё пяткой, соблазнительно повела плечами и ещё более эротичным голосом практически простонала:

— Майор Блайнер, мне срочно требуется экстренное производственное совещание…

— Ладно, признаю, что вы стоите друг друга. Можете посовещаться в соседней палате, она пустая. А я пошёл, работа не ждёт, — хмыкнул Ячер и исчез в коридоре.

Кайра с Десаром хитро переглянулись и тоже ушли. Видимо, совещаться.

А я наконец осталась один на один с огромной и самой чудесной на свете новостью: я беременна!

Осталось только дождаться момента, когда можно будет рассказать об этом Эреру! И надеяться, что он вообще меня вспомнит…

А пока я подготовилась: вывела Шельму на улицу, взяла из мобиля пледы, корзину с едой и предположительно самую скучную книгу, а после разжилась в местной столовой супчиком. Безвкусным, зато одним лишь своим видом стимулирующим поскорее выздороветь и выписаться из этой скорбной обители диетического питания.

Некоторое время спустя Ячер с Кайрой перехватили меня в коридоре и начали задавать вопросы:

— Ты упоминала, что использовала какую-то иномирную технику для воскрешения Эрера. Покажи нам, — попросила Кайра.

— Эм-м, я его не воскрешала, а реанимировала. Это другое. Заставила сердце биться заново, а дальше он сам очнулся. Дух я не призывала, таких знаний и способностей у меня нет.

— А какие есть? — с жадным любопытством спросил Ячер, уводя меня в пустующую процедурную.

Я поделилась всеми медицинскими знаниями, которые у меня были и которые успела на практике опробовать в этом мире. Даже о Дичике рассказала, но лечение полуденников комцеля интересовало куда меньше, чем техника непрямого массажа сердца.

Когда вернулась в палату, Эрер ещё спал. Я составила стулья в ряд у края больничной койки, застелила одним пледом и положила под голову другой. Удобно. Взяла Эрера за руку и прикрыла глаза.

Надо же… беременна!

Жених проснулся часа два спустя.

— Эй… — сжал он мою руку.

— Эй, — с нежностью ответила я, вглядываясь в его лицо. — Ты меня помнишь?

Примета 42: никто так не портит жизнь, как бывшая

Восемнадцатое сектеля. После полуночи

Таисия

— Конечно. Ты — моя целительница. И конфетка по совместительству.

— Значит, всё прошло хорошо… — улыбнулась я.

Накормила Эрера супчиком, рассказала обо всех предписаниях Ячера, чуть-чуть размяла затёкшие ноги и руки.

— Давай прогуляемся, — предложила ему. — Если ты, конечно, можешь.

— Могу. Чувствую себя вполне сносненько, только голова тяжёлая.

— Пойдём, может, расходишься и полегчает.

Я заботливо помогла ему надеть рубашку и подняться с постели. Мы двинулись по больничному коридору, как парочка старичков по санаторию, и эта мысль почему-то вовсе не пугала, а очень даже воодушевляла.

Шельма отправилась на прогулку с нами, но в основном выписывала фигуры высшего пилотажа вокруг, потому что ходить медленно решительно не умела. Она обнюхала все окна и углы, рыкнула на затаившуюся в углу пылинку и безжалостно с ней расправилась, а потом прибежала к нам — просить награду за геройскую борьбу с непорядком.

Свернув в другую часть коридора, мы остановились у окна. Каменный подоконник заливало светом луны, я уселась на прохладную поверхность, а Эрер встал между моих коленей.

Я погладила его по обритой голове и лицу, заметив, как отекла левая половина. Но это ничего. Всё пройдёт, главное — Эрер жив и теперь здоров.

Он прислонился ко мне ближе, совсем интимно, и промурлыкал на ухо:

— Знаешь, я тут кое-что вспомнил… нечто крайне любопытное… твоё провокационное заявление, что ты бы позволила мне сделать с тобой всё что угодно.

— И почему я ни капли не удивлена, что ты вспомнил именно это? — фыркнула я, покрываясь мурашками от его чувственного шёпота.