— Да вы курите, — напомнил хозяин. Я поднесла сигарету к губам.

— В то утро, когда вы проснулись и увидели клеймо у себя на теле, вы были удивлены? — поинтересовался мой визави.

— Да, — пробормотала я; рука у меня непроизвольно потянулась к скрытой шелковой накидкой отметине.

— Может, вам любопытно узнать, как это было сделано?

— Да.

— Приспособление для проставления клейма не больше этой коробочки, — указал он золоченую сигаретницу. — В рукоятке у него расположен нагревающий элемент, раскаляющий металлическое клеймо. Включается и выключается он, как обычный карманный фонарик, а разогревает поверхность клейма до нужной температуры всего за пять секунд.

— Я ничего не почувствовала, — призналась я.

— Вам сделали анестезирующую инъекцию, — сообщил он.

— Вот как?

— Да. Лично я считаю, что на женщине лучше ставить клеймо, когда она находится без сознания. Психологическое воздействие дает более впечатляющие результаты, нежели простая боль.

Я не нашла что ответить.

— Для залечивания раны была использована целебная мазь. Она лечит быстро и не оставляет следов. Таким образом, — он посмотрел на меня с неприязнью, — вы легли спать свободной женщиной, а проснулись рабыней.

— А ошейник? — спросила я. — Как вы надели на меня ошейник?

— Это было совсем просто, — ответил артист. — Вы лежали перед зеркалом без сознания. Мы вошли в вашу комнату с террасы. — Он посмотрел на меня и усмехнулся. — Надеть на женщину ошейник несложно.

Мне вспомнилось, что в то августовское утро, перед тем как черному дискообразному кораблю оставить Землю, в том уголке Коннектикута, который мои похитители называли “пунктом Р”, ошейник с меня был снят.

Снимавший его человек, помню, пообещал, что у меня непременно будет другой.

Я раздраженно сломала сигарету и смяла ее об стол.

Уже тогда я знала, что мужчины наденут на меня ошейник, когда им это заблагорассудится.

— Можно мне еще сигарету? — спросила я.

— Конечно, — ответил низкорослый мужчина, подвигая мне золоченую коробочку и заботливо зажигая спичку.

— И часто вы доставляете в этот мир женщин, чтобы сделать из них невольниц? — поинтересовалась я.

— Часто, — ответил мой собеседник. — Иногда мы доставляем сюда и мужчин, если они способны послужить нашим целям и задачам.

— Понятно, — сказала я.

Я была разгневана.

Мне вспомнилось, как двое мужчин впихнули меня в узкую, тесную транспортировочную капсулу и перед началом полета пустили через трубки усыпляющий газ. Со мной с первых минут моего пленения обращались как с будущей рабыней.

Я вспомнила свое пробуждение на горианском лугу в сотне ярдов от разбившегося черного корабля. Вспомнила, как перед отлетом с Земли мне на щиколотку надели узкую металлическую полоску — несомненно, какой-то знак, удостоверяющий мою личность. Странно, что при пробуждении на Горе я его уже не обнаружила.

— Зачем меня привезли на эту планету? — спросила я сидящего передо мной человека.

— Мы доставляем сюда многих женщин, — ответил он. — Во-первых, потому что они красивы и нам нравится делать из них рабынь.

Я посмотрела на него, не скрывая своей неприязни.

— А во-вторых, — продолжал он, — потому что они представляют собой определенную ценность. По своему усмотрению мы дарим их или продаем, что приносит нам значительную прибыль.

— Значит, именно для этого меня сюда и доставили?

— Может быть, вам небезынтересно узнать, что вас отобрали для будущей доставки в этот мир еще в семнадцатилетнем возрасте. Последние пять лет мы внимательно наблюдали, как вы постепенно превращаетесь в зрелую, высокообразованную, развитую молодую женщину, обещающую стать под умелой рукой хозяина великолепной рабыней.

Я раздраженно затянулась сигаретой.

— Значит, меня привезли на Гор исключительно для того, чтобы сделать обычной рабыней? — уточнила я.

— Скажем, вас пытались сюда доставить в качестве рабыни, — ответил человек.

— Пытались? Разве вам это не удалось?

— Наш корабль потерпел аварию, и мы потеряли вас из виду.

— Это я уже знаю.

— Вскоре после аварии мы заметили приближение неприятельского корабля. Мы оставили свой корабль и вместе с грузом поспешили скрыться.

— Но разве я не являлась… частью вашего груза?

Брови человека нахмурились. Я видела, что он тщательно подбирает слова.

— У нас есть враги, — сказал он. — Мы не хотели, чтобы вы попали к ним в руки. Мы опасались преследования и взяли с собой только тех девушек, которые могли передвигаться самостоятельно. Вы же были без сознания. Поэтому мы сняли ваш идентификационный ножной браслет и оставили вас в траве, на некотором расстоянии от разбившегося корабля. Мы рассчитывали уйти от погони и вернуться за вами позднее. Погони, однако, не последовало. Враги удовлетворились тем, что окончательно уничтожили наш корабль. Вернувшись к месту аварии, мы обнаружили только воронку от взрыва и выжженную вокруг нее землю. Вы к тому времени тоже, конечно, исчезли.