– Ну давай тогда эту, строевую!

– Кончай перекур!
– Черношейкин с досадой притушил цигарку и скомандовал: - Становись! Смирно! Рядовой Федоров, ко мне!

– Товарищ ефрейтор, рядовой Федоров прибыл по вашему приказанию! четко доложил Ваня, но забыл приставить ногу.

– Отставить!
– свирепо гаркнул Черношейкин.
– Рядовой Федоров, ко мне!..

Черношейкин еще два дня "снимал стружку" с Вани, и, когда тот думал, что все окончено, явился лейтенант Дымов.

– Товарищ ефрейтор, как Федоров по-пластунски ползает?

– Федоров, ложись!
– приказал Черношейкин.
– Ставлю боевую задачу. Впереди немцы. По-пластунски достигни того бугорочка.

Ваня быстро пополз.

– Это по-пластунски называется...
– усмехнулся лейтенант.
– От топырил "же"! Так из нее немцы дырявое решето сделают. Покажи, как будешь окапываться. Куда голову высунул?! Да так башку твою в шинкованную капусту превратят! Черношейкин! Согнать с пацана еще семь потов!

– Мало я рыл укрытий на этой кухне...

– Молчать!
– прикрикнул Черношейкин.
– Есть согнать, товарищ лейтенант, семь потов с пацана... то есть с бойца Федорова.

Все отчетливее слышался гул сражения. Дымов ушел. "Везде мне этот лейтенант вредит!" - зло посмотрел ему вслед мальчишка. А Черношейкин опять за свое:

– Боец Федоров, ложись! Слушай боевую задачу...

Но тут, запыхавшись, подбежал Кухта:

– Черношейкин! К орудию! Танки!

Комиссар Филин, сжимая трубку полевого телефона, до хрипоты вызывал "Дон": связь истребителей с комдивом Сологубом не действовала. Рядом в окопе, прикрыв веточками полыни козырек фуражки, вел наблюдение капитан Богданович.

– Взгляните на те курганы, - передал он бинокль комиссару.

Хмурый Филин весь преобразился, с интересом рассматривая курганы:

– Не иначе от скифов остались...

– Чего-чего?
– не расслышал капитан.

– Это их места захоронения. В древности тут скифы жили, потом хазары, печенеги, половцы. Подумать только... Когда-то здесь князь Игорь сражался с половцами...

Богданович оборвал Филина:

– Меня интересует, кто сейчас сидит на кургане. Есть у немцев там наблюдательный пункт или нет?

– Точно. Есть, - помрачнев, сухо ответил Филин.
– Поблескивают стеклышки стереотрубы.

– Вызывай, историк, комдива, - уже мягче попросил Богданович.

– Товарищ капитан!
– раздалось тихо позади них.

Они обернулись. Прикрытый веником из полыни, к ним подполз повар Удовико.

– Весь личный состав накормлен, - доложил он шепотом и протянул котелок Богдановичу: - Вам последний.

– Комиссар ел?
– строго спросил капитан.

– Они снимали пробу.

Богданович заглянул в котелок:

– Не много ли?

– Точно по норме. Товарищ капитан... говорят, немец нас окружает?

– Говорят, кур доят. Возвращайтесь на кухню.

– Есть.
– Повар уполз.

– "Дон", "Дон"!.. Я - "Чир"...
– вызывал командный пункт дивизии Филин.

Капитан заметил:

– Не взяли нас в лоб, теперь в клещи берут.

– Предполагаете, связь уже перерезана?
– спросил Филин.

Капитан кивнул.

– Слушай, комиссар! Кто сумеет быстро пробраться к Сологубу?

– Дымов, - уверенно ответил Филин.

– Тогда посылай...

Повар вернулся на кухню совсем перепуганный.

– Нас окружили, - сообщил он Ване.

Действительно, перестрелка слышалась очень близко и почему-то не впереди кухни, как до этого, а позади. Но Ваню это не пугало после того невозможного, что свершилось на его глазах, когда десятки танков не смогли раздавить их, горстку истребителей.

– Ты-то видел, как окружили?

– А за спиною... палят. Кто там?

– "Кто, кто"! Палят - значит, надо.

– Так думаешь, сынок, это не фрицы?

– Ладно. Будет байки разводить. Идем котел чистить...

Но чистить котел им не пришлось. Рядом разорвалась мина. Ваня пригнулся в ровике, по спине замолотили комья земли. Чья-то рука схватила за ворот. Отбиваясь, он хотел крикнуть: "Живой я!.." - но крепкая рука не отпускала.

– Беги за мной!
– раздался над самым ухом требовательный голос Дымова. Ваня собрался было ответить: "С какой стати я побегу! Прогнал на кухню, а теперь еще насмехаться пришел..." - но лейтенант повелительно дернул: