Старик явно рассердился на ученика, и ребята решили его успокоить.

– Он у нас, знаете, помешан на изобретениях. Только и думает про разные новые машины, - словно извиняясь за своего товарища, проговорил Степан Кириллин и тут же, немного подумав, добавил: - Вообще-то это неплохо...

– Это он среди нас один такой. Другие ребята и вот я, в частности, изобретениями не увлекаемся, - вставил Шурик Пышной.

– Да, пожалуйста! Увлекайтесь сколько хотите, - заявил мастер.
– Если к этому есть наклонность, так отчего ж не увлекаться? Только во всем надо знать порядок и чувствовать свое место. Вот, к примеру, где вы теперь будете работать? В известном на всю страну Особом конструкторском бюро, где собраны лучшие инженеры-изобретатели. Предположим, играют на футбольном поле известные на всю страну футбольные команды. Народ на трибуне! Шум, крик - все очень довольны соревнованием. И вдруг бы вышел из числа зрителей какой-то гражданин и заявил капитану одной из команд: "Хочу играть вместе с вами!" - "Что такое? Кто ты такой?" - спрашивает капитан.
– "Очень просто... Считаю, что играть я умею и потому к вам обращаюсь с категорическим требованием", - отвечает этот самый товарищ.

Иван Никанорович покрутил усы, испытующе посмотрел на Семена и, убедившись, что он слушает внимательно, продолжал:

– Так вот и с тобой получится. Играть в футбол у нас умеет любой мальчишка, а на центральных стадионах играют все-таки самые лучшие игроки, специально обученные. И неудобно каждому мальчишке требовать, чтобы его приняли в профессиональную команду. Засмеют! Такая же картина, по-моему, получится, если ты станешь предлагать свои услуги товарищу Дуплову. Неудобно даже отнимать у главного инженера драгоценное время!

– Конечно, Семен!
– примирительно сказал Шурик.
– Вернешься в училище и опять все свободные часы будешь проводить в комнате изобретателя... Обращаясь к мастеру, он продолжал: - Знаете, Семен этим изобретательством здорово увлекается. Модели самолета с махающими крыльями строил, затем какую-то мельницу без жерновов, потом приспособление для заточки резцов.

– Это приспособление оказалось дельным, - добавил Ваня Быков.
– У нас пользовались им в мастерских. Описание и чертеж были посланы в министерство с сопроводительной бумажкой за подписью директора.

– Ишь ты какой!
– добродушно проговорил мастер, теперь уже благосклонно поглядывая на Семена.
– Насчет разных приспособлений, упрощающих работу, и у нас будет тебе где развернуться. А насчет изобретения новых машин, вроде тех, что разрабатываются в конструкторском бюро, не знаю. Дело тонкое.

Неожиданно внимание мальчиков было привлечено очень странным зрелищем. На противоположном берегу реки, среди поля, быстро двигалась странная машина. Она немного напоминала по форме вытянутую в длину черепаху. На верху этого сооружения находилось что-то вроде капитанского мостика с перилами.

Мальчики замерли от удивления. Вокруг машины поднимались высокие столбы земли. Казалось, что стальная черепаха расковыривает поле своими лапами и разбрасывает комья земли во все стороны.

– Ой! Что это такое? Смотрите, ребята! Смотрите!
– закричал Семен, вскакивая со скамейки. Затем уцепился руками за борт грузовика и, стоя, продолжал: - Товарищ мастер! Это не из нашего конструкторского бюро? Это, наверное, пробуют новую машину!..

– Да сиди ты! Свалишься вниз, а мне отвечать за тебя придется!

– Так это же, наверное, какое-нибудь новое изобретение!
– не унимался Семен, словно недоумевал, как можно беспокоиться о таком пустяке, как падение с грузовика, когда перед глазами - чудо! Новая машина! Изобретение!

– Сядь, неугомонный!
– крикнул, совсем потеряв терпение, Иван Никанорович. Он схватил Семена сзади за пояс и усадил на скамейку.

– Бурыкин!
– строго проговорил Кириллин.
– Тебе ли напоминать о дисциплине! Позоришь нас всех!

Между тем грузовик мчался дальше. Асфальтированная дорога теперь шла уже возле самой реки, расширяющейся в этом месте. Впереди показались белые каменные строения. Вдруг внимание ребят привлекла маленькая моторная лодка с красным флажком, развевавшимся на ветру, которая мчалась по реке. Они не успели налюбоваться лодкой, как увидели совсем недалеко от берега нечто куда более интересное. Это был... пароход - не пароход. Баржа - не баржа. Скорее это походило на какое-то сказочное морское чудовище. Впереди, как и полагается всякому чудовищу, находилась поблескивающая на солнце голова. Она со скрипом и скрежетом, которого не смог заглушить даже шум автомашины, открывала огромную пасть. Чудовище разгонялось в воде, оскалив пасть, и врезалось ею в глиняный берег реки, затем, проглотив глину и стиснув пасть, отплывало от берега, чтобы разогнаться еще раз и снова впиться в берег. За машиной сзади, словно хвост, тянулась толстая и гибкая труба. Она, по-видимому, держалась на воде с помощью поплавков, растянувшихся вдоль трубы, как бусы на нитке.

– Эге, ребята!
– вскричал Сережа Чердаков.
– Этак она весь берег съест! Посмотрите, сколько уже отгрызла!

– Что это, Иван Никанорович? Объясните!
– взволновался Семен.

– A вскакивать и свисать с борта не будешь?
– - хмуро осведомился мастер.

– Конечно, не буду.

– Это, брат, такая машина, что только держись. В последней проверочной стадии находится. Очень возможно, что скоро пойдет на великие стройки коммунизма.

Подобное объяснение, конечно, не вполне удовлетворило Семена. Но переспрашивать было некогда. Недалеко от шоссе с пронзительным жужжанием ползло что-то похожее на гусеничный трактор. Странно было видеть на тракторе несколько ажурных радиомачт с изоляторами и антеннами...

Сильно застучало сердце Семена. Как-то даже трудно стало дышать. Чудеса! Чудеса на каждом шагу! И он, Семен, едет в это царство чудес, где создаются новые невиданные механизмы и необыкновенные машины...

Хотелось снова задать вопрос усатому мастеру, но вместо этого, глубоко вздохнув, Семен восторженно произнес:

– До чего же тут хорошо у вас, Иван Никанорович!

– Очень интересно, - добавил Шурик.

– Забавно...
– выдавил Сережа Чердаков, оглядываясь по сторонам.