Я подполз к темной фигуре на полу. Нога все еще цеплялась за стул. Пощупал пульс — его уже не было. Мне пришлось встать на ноги и проковылять к двери. Первый человек, в которого я стрелял, так и лежал на том месте, где его застигла смерть. Длинноствольный пистолет валялся в полуметре от вывернутой руки. Коленки подтянуты к животу. По напольному покрытию разлилась лужа крови. Я сунул револьвер в кобуру и вернулся в номер. Левая нога начинала ныть. Сев на кровать, я только снял трубку телефона, как услышал шаги в холле. Несколько человек остановились в коридоре, кто-то подошел к моей двери. Я положил трубку на рычаг.

— Спокойно, выходить с поднятыми руками. Полиция.

— Все нормально, — отозвался я. — Здесь один убитый, а я ранен. Входите. Я — не террорист.

Молодой человек в светлом плаще резко вошел в комнату, направив на меня револьвер. Вслед за ним появился еще один, тоже с револьвером. Последний был старше, волосы его тронула седина.

— Пожалуйста, встаньте, — обратился ко мне тот, что помоложе. — Руки за голову, пальцы — в замок.

— У меня в кобуре под левой рукой — револьвер, — заявил я.

В комнату набились несколько полицейских в форме и еще двое в гражданской одежде. Один направился прямо к телефону и стал куда-то звонить. Самый старший, с седыми волосами, усадил меня, забрал оружие и оставшиеся в кармане неиспользованные патроны и отступил назад.

Молодой обратился к человеку, который говорил по телефону: «У него кровотечение. Нужна медицинская помощь». Говоривший кивнул.

Молодой полицейский повернулся ко мне:

— Итак, что здесь произошло?

— Я — не нарушитель, — начал я. — Я американский детектив. Веду расследование. Если вы свяжетесь с инспектором Даунсом из вашего департамента, он поручится за мои слова.

— А эти джентльмены? — он кивнул в сторону тела, лежащего на полу, и дернул подбородком, подразумевая того, который находился в коридоре.

— Не знаю. У меня есть смутное предположение, что они намеревались отправить меня на тот свет, потому что я сел им на хвост. Они меня поджидали в моем номере.

Седой спросил:

— Это вы их уложили?

— Да.

— Из этого револьвера?

— Да.

— Документы, пожалуйста.

Я протянул ему бумаги, включая разрешение на ношение оружия от британской полиции.

Старший обратился к тому, что разговаривал по телефону:

— Пусть свяжутся с Филом Даунсом. У нас здесь гость из Америки, детектив Спенсер. Говорит, они знакомы.

Парень кивнул. Во время разговора он достал сигарету и закурил.

Вошел человек с небольшим черным медицинским чемоданчиком. На нем были легкий синтетический костюм темного цвета и нежно-сиреневая рубашка, воротник которой разлегся поверх пиджака. Его шею плотно охватывало ожерелье из мелкой бирюзы.

— Меня зовут Кенси, — представился он. — Я — врач этого отеля.

— Все британские врачи такие? — поинтересовался я в ответ.

— Несомненно. Пожалуйста, снимите брюки и ложитесь на кровать лицом вниз.

Я сделал так, как он велел. Нога начала ощутимо болеть. Я знал, что сзади вся левая штанина пропиталась кровью. В такой ситуации будет трудно сохранить достоинство. Но постараться можно. Доктор отправился в ванную мыть руки.

Полицейский в светлом плаще спросил:

— Спенсер, вы кого-нибудь из этих людей знаете?

— Никогда прежде не встречал.

Вернулся доктор. Мне его не было видно, но я слышал, как он бормочет что-то рядом. «Немножко будет щипать». Я уловил запах спирта и почувствовал жжение, когда доктор начал протирать кожу.

— Пуля застряла? — спросил я у него.

— Нет. Ранение навылет. Рана чистая. Небольшая потеря крови, а так ничего, можно не беспокоиться.

— Хорошо, что не придется таскать сувенир в бедре, — поддержал я разговор.

— Можете называть это как хотите, это ваше право, — пояснил доктор. — Но, констатируя факт, дорогой мой, должен сообщить вам, что вы ранены в задницу.

— Вот это меткий выстрел, — брякнул я. — Особенно в темноте.

Доктор наложил на мою — ox! — мое бедро тугую повязку и дал какие-то обезболивающие таблетки.

— Несколько дней будет тяжеловато ходить, — сообщил он мне. — А потом все придет в норму. Теперь у вас на щечке появится еще одна ямочка.

— Я рад, что только медицина стала достоянием общественности, а не та врачебная тайна, которую вы призваны сохранять.

Даунс явился, когда доктор покидал номер. Мы вместе рассказали мою историю седому полицейскому и его молодому помощнику. Возникли двое парней со специальными пластиковыми мешками, и, прежде чем тела убрали, мы подошли посмотреть на убитых. Я вытащил комплект фотороботов: оба террориста были в моей картотеке. Лет по двадцать. И больше уже не исполнится.