— Задница, голубчик, — обратился я к своему «подопечному». — Мне кажется, тебя бросили. Но я помогу тебе. Сейчас мы пойдем в мою комнату и поболтаем.

— Перестань называть меня Задницей, паршивый ублюдок. — Английское произношение у парня было безупречным, но чувствовалось, что это не родной его язык.

Я вынул из кармана ключ и протянул спутнику. Пистолет все еще у его виска.

— Открой дверь, мистер Мешок Дерьма, и заходи.

Сделано. Взрыва бомбы не последовало. Я вошел вслед за ним и пинком ноги закрыл дверь.

— Садись сюда, — указал я ему на кресло у окна.

Сел. Я положил пистолет на место в кобуру. Оба кольта водрузил на полку в шкафу, вынул из кармана парик и фальшивые усы, снял синий блейзер и повесил на вешалку.

— Как тебя зовут? — повторил я свой вопрос.

Он уставился на меня в полном молчании.

— Ты англичанин?

Гробовая тишина.

— Знаешь ли ты, что я получу за тебя, за живого или мертвого, две с половиной тысячи долларов? Но с мертвым проще, чем с живым.

Он закинул ногу на ногу и сцепил пальцы под коленкой. Я подошел к бюро и вынул пару кожаных перчаток. Начал медленно натягивать их, так, как это делал Джек Пэлэнс в одном из фильмов, который я смотрел, то есть расправляя каждый палец, потому что перчатки были очень узкими.

— Как твое имя? — еще раз прозвучал мой вопрос.

Он набрал слюны и с презрением плюнул в мою сторону.

Я приблизился к парню на два шага, сгреб его за подбородок и приподнял над креслом. В этот момент он выхватил из носка спрятанный там нож и сделал выпад, целясь мне в горло. Я успел отскочить назад, и только кончик лезвия царапнул меня по подбородку. Правой рукой я перехватил его запястье и, круто развернув, заломил ему руку за спину, лишив возможности распрямить локоть. Нож упал на ковер. Парень издал хриплый, чуть сдавленный крик.

Ногой я отбил нож в противоположный угол, после чего отпустил его руку. Она повисла, как плеть. Я отошел к бюро и стал рассматривать свое лицо в зеркало. Крови выступило довольно много, и она уже успела запачкать рубашку. Вытащив из ящика чистый платок, я промокнул подбородок и увидел, что рана незначительна, чуть больше пореза от обычного лезвия, ну, может, в дюйм длиной. Я сложил платок в несколько раз и прижал его к ранке.

— Плохо обыскал, — сказал я парню. — Не радуйся, мистер Дерьмо Собачье, это моя промашка.

Он сидел в кресле не двигаясь, лицо напряжено и бледно от боли.

— Когда ты мне скажешь то, что я хочу узнать, я позову врача. Итак, как тебя зовут?

— Чтоб ты сдох, скотина.

— Я ведь могу и с другой рукой сделать то же самое.

Никакого ответа.

— Или еще раз тряхнуть твою правую руку?

— Я ничего не собираюсь говорить тебе, — медленно произнес он голосом, напряженным и бесцветным, как бы боясь всколыхнуть нарастающую боль. — И не имеет никакого значения, что еще ты собираешься сделать. Никакая паскудная американская ищейка не заставит меня сказать то, чего я не хочу сказать.

Я вытащил комплект фотороботов и сверился со своей карманной картотекой. Он мог быть одним из них. Точно сказать трудно. Диксон сам должен признать его. Я сложил фотографии, нашел визитку, которую дал мне Даунс, подошел к телефону и набрал номер.

— Кажется, мне попалась еще одна птичка, инспектор. Такой миленький пухленький блондинчик с кольтиком в кармашке.

— Вы в отеле?

— Да, сэр.

— Я приеду прямо туда.

— Отлично, сэр. Кстати, ему нужен врач. Я помял ему ручонку.

— Я позвоню дежурному, они пришлют своего врача.

Врач появился за пять минут до прихода Даунса. Это был все тот же Кенси, который оказывал мне помощь. Сегодня на нем был серый шерстяной костюм-тройка, приталенный пиджак с подбитыми плечами эффектно оттенялся черной шелковой рубашкой, воротник которой лежал поверх лацканов пиджака.

— Как, поживает ваша задница, сэр? — громко хохотнул он, откинув голову.

— А что вы носите в операционной? — поинтересовался я. — Хирургическую маску малинового цвета или что-нибудь в том же духе?

— Дорогой мой, я не занимаюсь хирургией. Дайте-ка я взгляну на ваш подбородок.

— Бросьте. Посмотрите лучше вот на его руку, — я указал на парня.

Он присел на корточки рядом с креслом и обследовал пациента.

— Вывих, — констатировал врач. — Нужно поехать в больницу, там вправят сустав на место. — Он взглянул в мою сторону. — Ваша работа?

Я кивнул.

— Вы — крайне опасная личность, — сделал он вывод.

— Все мое тело является смертельным оружием, — сообщил я.

— Не сомневаюсь, — бросил он в ответ. — Я сделаю вам лангетку, — обратился он к парню, — и дам обезболивающее. Потом мы отправим вас в больницу, чтобы там вас осмотрел ортопед. Но пока, похоже, мы ждем представителя власти.