— Я уверена, что Максима где-то в этих краях, и местные жители дали мне очень точное ее описание, — настаивала на своем леди Росс. — Я опасаюсь худшего. Маркиз потерял терпение.

— Вы отнюдь не доказали мне, что Робин совершил какой-то проступок и вообще знаком с вашей племянницей. Я, конечно, понимаю, что у вас есть основания беспокоиться о ней, но советую вам не выдвигать необоснованных обвинений в адрес моего брата. До свидания, леди Росс. Лакей проводит вас к выходу.

Маркиз снова сел за стол и притворился, что читает письмо. Посетительница должна понять, что это — его последнее слово, и отправиться восвояси. Вместо этого, однако, он услышал испуганный вскрик лакея и краем глаза увидел, как что-то мелькнуло в воздухе. Он поднял глаза в ту самую минуту, как леди Росс, взмахнув зонтиком, с силой ударила им по столу, едва не задев его лица и рассылав бумаги по ковру.

Джайлс испуганно смотрел на нее, не веря своим глазам.

— Не воображайте, что можете выгнать меня, как одного из своих слуг, Вулвертон! — наступала леди Росс. — Знаю я вашу репутацию. Вместо того чтобы заседать в палате лордов, вы, как жаба, закопались тут в Йоркшире, пренебрегая своими обязанностями. Неудивительно, что, имея такой пример перед глазами, ваш братец вырос шалопаем и бездельником. — Ее полные губы презрительно искривились. — Хотя, может быть, даже лучше, что вы не заседаете в палате лордов. По сравнению с вами сам Аттила [4] покажется воплощением милосердия.

За всю жизнь Джайлс ни разу не сказал грубого слова женщине, но несколько минут в обществе леди Росс переродили его. Он вскочил на ноги и нагнулся к ней через стол, опираясь на сжатые кулаки.

— Я посещаю заседания палаты лордов в те дни, когда там обсуждаются важные для страны вопросы, но считаю, что мои главные обязанности — здесь. Самое лучшее удобрение для пашни — это присутствие ее владельца. Я с гораздо большей пользой провожу время, занимаясь хозяйством, чем если бы околачивался в Лондоне, играя в фаро и перемывая чужие косточки.

С некоторым опозданием осознав, что ведет себя как ребенок, маркиз сказал более сдержанным тоном:

— Впрочем, это вас совершенно не касается. Зонтик опять дернулся, словно его владелица собиралась замахнуться им, как битой для крикета. Вместо этого она произнесла чуть ли не с зубовным скрежетом:

— Извините. Всем известно, что вы ведете хозяйство прогрессивными методами. Я жалею о своих словах. — Казалось, извинение стоило ей нечеловеческого усилия. — Я готова признать, что ваш брат приобрел порочные наклонности без вашей помощи.

Такое извинение отнюдь не устраивало Джайлса.

— Советую вам уйти, пока ваши дикие обвинения не заставили меня забыть, что я джентльмен. Мне очень жаль, что у вас пропала племянница, но я вам ничем не могу помочь.

— С моей стороны было бы глупо ожидать от вас помощи, — негодовала леди Росс. — Наши мужчины соблазняют девушек походя — для них это все равно, что завязать шейный платок. Я приехала сюда в надежде, что лорд Роберт понял, в каком опасном положении оказалась моя племянница, и поступил, как джентльмен, вернув ее в лоно семьи. Вместо этого он ее куда-то увез против ее воли, а вы ему попустительствуете, Однако у Максимы есть родные, и я клянусь, что, если лорд Роберт скомпрометировал ее, он ответит за погубленную репутацию девушки.

Тут маркиз вдруг понял, что она имеет в виду.

— Ах так вот в чем дело! Ваша племянница решила соблазнить лорда Роберта. А теперь вы являетесь сюда, вопя о ее погубленной репутации и требуя возмездия в надежде, что я заставлю брата на ней жениться. Не выйдет, леди, ничего у вас не получится. Если Робин и оказался в обществе вашей племянницы, то это, без сомнения, произошло с ее согласия, Он опять наклонился вперед.

— Запомните мои слова, леди Росс. Я вам лично гарантирую, что мой брат никогда не женится на интриганке.

Если бы в руках леди Росс был не зонтик, а шпага, она наверняка пронзила бы ею маркиза насквозь. Сверкая глазами, она выпалила:

— Поверьте, Я вовсе не собираюсь заставить мою племянницу выйти замуж за развратника и не позволю ее к этому принудить ни главе нашей семьи, ни кому-либо другому. Но братца вашего я упеку в Ньюгейт [5] . Не забывайте, Вулвертон, что похищение — это серьезное преступление. И не думайте, что сможете использовать свое влияние для того, чтобы его вызволить. Если лорд Роберт виноват, я добьюсь, чтобы его наказали по всей строгости закона.

Она резко повернулась и пошла к двери, бросив напоследок:

— Если ваш преступный братец вернется домой, посоветуйте ему немедленно и навсегда покинуть Англию.

Только тут маркиз с запозданием вспомнил, что он знает о леди Росс: синий чулок, реформаторша, которой благоволят самые крупные политики обеих партий. Джайлс много о ней слышал, но считал, что она гораздо старше. Оказывается, знаменитая смутьянка моложе его самого; ей немного за тридцать.

Черт возьми, даже если Робин не сделал ничего противозаконного, своим влиянием она может причинить семье Андервиллей большие неприятности. Чертыхнувшись про себя, Джайлс окликнул ее: