Шрифт:
Де Лэнси некоторое время стоял, не двигаясь, затем положил руки ей на плечи.
– Нет, твоя сущность – нежная, добрая, любящая и свободная – осталась такой же. Наверное, потеря памяти сделала эту сущность более острой, но не изменила тебя.
– Но тогда… если вернется память, и я вновь стану прежней, ты не перестанешь любить меня?
– Господи, Мериэль, конечно, нет, – Адриан прижал ее к себе. – Когда твой брат упомянул о монастыре Ламборн, я понял, что уже встречал тебя пять лет назад. И хотя мы обменялись всего несколькими фразами, я запомнил тебя и часто вспоминал. Скорее всего, ты была послушницей, но я подумал, что ты – монахиня,и постоянно корил и ругал себя за возжелание невесты Христовой.
– Правда? – с радостным изумлением спросила Мериэль.
Он кивнул.
– Не случай свел нас, моя дорогая, а судьба. Если бы я знал, что ты не приняла монашество, то уже тогда сделал бы тебе предложение стать моей женой. Несколько лет назад у меня не было шанса, но сейчас он появился – судьба дала нам его, – Адриан усмехнулся. – Или даже два.
Девушке нравилась эта мысль. С тех пор, как она проснулась после таинственного несчастного случая, ощущение, что их связывает какая-то непонятная нить, не проходило. Может, стоит воспользоваться предоставленной возможностью и спросить, что же все-таки произошло? Однако мужества задать этот вопрос не хватило – Мериэль чувствовала, что для нее лучше не знать подробностей.
Адриан снял с нее вуаль и отбросил в сторону. Воздушная ткань плавно опустилась на пол. Мериэль слышала звуки музыки и веселые голоса пирующих – празднество продлится до утра. Ей очень хотелось остаться наедине с Адрианом, об этом она мечтала много дней и ночей, но теперь, мучаясь от усталости и стыда, поняла, что еще не совсем готова познать таинства супружеской жизни.
Внимательно посмотрев на жену, Уорфилд предложил:
– Давай просто ляжем и немного отдохнем в объятиях друг друга. Я часто размышлял о том, что жениться и в тот же день познать радости супружества – ошибка. Жених и невеста слишком устают, чтобы насладиться друг другом, а сегодня нам повезло намного меньше, чем любой другой паре.
Мериэль кивнула и, облегченно вздохнув, направилась к постели – она хотела лечь, не раздеваясь.
Адриан обнял ее, затем помог развязать пояс и начал расшнуровывать платье.
– Без него тебе будет гораздо легче дышать.
Уорфилд, как всегда, оказался прав – ей стало гораздо легче, когда платье было снято. «Интересно, предложит ли он снять еще и рубашку?» – мелькнула мысль, но муж обнял ее и прежде, чем новоиспеченная графиня успела произнести хотя бы слово, уложил на постель. Осторожно сняв туфли и чулки, он начал растирать ее ноги.
– Ой, как хорошо! Я чувствую прилив сил, – призналась Мериэль, радостно взвизгнув.
Адриан усмехнулся.
– Нашим ногам приходится туго – они выдерживают наш вес с утра до вечера. Поэтому заслуживают немного заботы.
Лежа на мягкой перине и наслаждаясь покоем, Мериэль улыбалась. Когда Адриан снял обувь и верхнюю одежду, она отвернулась и посмотрела в окно. Заходящее солнце наполнило комнату оранжевым светом. Ей что-то не нравилось в этой картине, напоминало нечто тревожное и волнующее, и, несмотря на тепло, царящее в комнате, девушка вздрогнула.
Но не успела понять причину беспокойства – Уорфилд лег рядом и крепко обнял, притянув ее голову себе на плечо. Мериэль вздохнула и вытянулась, положив руку ему на грудь и вслушиваясь в биение его сердца. Адриан ласково поглаживал темные волосы жены, и тревога отступила от прикосновений его рук. Она даже не представляла, насколько устала, до тех пор пока не легла. Прошло несколько минут, и Мериэль погрузилась в сон.
В комнате царил мрак, когда она вновь открыла глаза. Слышались веселые голоса пирующих, звон кубков и смех, но девушку это не интересовало. Все, что ее волновало – это присутствие мужа, ощущение его расслабленного тела, его теплота и едва слышное дыхание.
Когда Мериэль пошевелилась, Адриан поднял руку и отвел волосы, рассыпавшиеся по лицу.
– Чувствуешь себя лучше, дорогая?
В комнате стало прохладнее, но Мериэль согревало тепло его тела. С видимой неохотой она села на постели.
– Гораздо лучше, однако твоя рука, наверное, устала держать меня.
– Тысячелетие, проведенное в таком положении рядом с тобой, покажутся мне несколькими минутами, – Адриан потянулся, чтобы зажечь длинную свечу на столе возле постели. Затем, повыше положив подушку на изголовье, откинулся на нее. Свет падал на его точеное лицо и серебристые волосы. – Хочешь поесть или выпить немного вина? Я приказал, чтобы здесь оставили еду и вино.
– Мудрое решение, – Мериэль улыбнулась, удивленная и тронутая его заботой. Даже расслабившись и находясь в тени, Адриан привлекал ее внимание, и девушка не могла отвести от него глаз.
Почему-то ей вспомнилось, как жарким летним днем они купались в реке, и образ его гибкого стройного тела был настолько ярким, что ей показалось, будто и сейчас он лежит перед ней обнаженный. Мериэль прекрасно знала, какие широкие плечи скрыты под рубашкой, какие тугие и мощные мускулы, узкие бедра и тонкая талия.