Уже час продолжалась беспорядочная стрельба. С их стороны потерь больше не было, но каждый выстрел противника лишь чудом не достигал цели. Индейцы тоже не понесли урона. Подстрелить никого не удавалось, даже если кто-то из них и представлял собой в какой-то момент хорошую мишень.

Внезапно сзади, из зарослей кустов, вылетели всадники и во весь опор помчались на них. Только стук копыт предупредил о нападении. Как только обороняющиеся открыли огонь, индейцы, до сих пор невидимые, выскочили из укрытий и стали перепрыгивать через каменное кольцо.

Консидайн выстрелил и увидел, как лошадь сбросила потерявшего осторожность седока, заставившего ее перепрыгнуть барьер, и окровавленный индеец упал на камни. Набросившегося на него врага Консидайн со всей силы ударил в лицо прикладом, сумев в следующее мгновение выстрелить в другого, но упал от удара третьего, появившегося из расщелины. Успев выхватить револьвер, он застрелил индейца, занесшего над его головой томагавк.

Пуля настигла Дэча, и он упал спиной на камни, мертвой хваткой сжимая горло набросившегося на него индейца. Воин отчаянно вырывался, но справиться с великаном, даже раненым, ему оказалось не под силу.

Атака захлебнулась. Но цена оказалась страшной — Дэч стоял на коленях в пропитанной кровью рубашке, лицо его приобрело землистый оттенок. Он хотел что-то сказать, но не смог. Так и умер.

Погибли уже двое… а день только начинался.

Под низким серым небом по тропе мчался полицейский отряд, уже успевший сменить уставших лошадей на свежих. Моросил дождь. Грабители, конечно, уже далеко впереди, а может, и ушли за границу, но эти соображения не ослабили рвения преследователей. На карту была поставлена честь Обаро.

— Где бы они ни были сейчас, им не позавидуешь, — заметил Олли Уидин. — Трудно представить, что апачи так далеко зашли на запад.

—Перебежчики… смешанные племена.

На душе у Пита Рэньона скребли кошки. Индейцы могли напасть в любую минуту, а его отряд насчитывал всего двадцать пять человек. При других обстоятельствах это немало, но нынешняя ситуация оказалась далека от обычной. Одно дело гнаться за шайкой бандитов из четырех человек и совсем другое — подставить головы своих товарищей под пули грабителей-апачей, которым несть числа.

Взвесив все за и против. Пит принял решение, от которого не испытывал удовольствия: если до полудня не удастся догнать преступников, отряд вернется домой. А до полудня оставалось совсем немного. О своих выводах он сообщил Уидину.

— Наверное, ты прав, — согласился тот. — Хотя люди не любят уступать.

Питу и самому не хотелось отказываться от погони, и он стал обдумывать сложившееся положение еще раз, вспоминая все, что знал о Консидайне. Остальных членов шайки он тоже знал, но чтобы поймать их всех и возвратить деньги, предстояло перемудрить именно Консидайна.

Несомненно, его бывший друг хорошо ориентировался в пустыне, и Дэч, по слухам, тоже. А Консидайн достаточно рисковый малый, чтобы ехать через Индейскую Территорию. Но там, где у четырех человек есть шанс проскользнуть незамеченными, если они знают расположение тинахас и других природных водных резервуаров, такая большая группа людей, как полицейский отряд, пройти не сможет.

Уидин опять согласился с Рэньоном.

— Но почему он до сих пор не повернул к границе? Зачем они забрались так далеко на запад, если бегут в Мексику? — мучился вопросами шериф.

Мак Арроу, проводник-индеец, ехавший впереди и внимательно изучавший следы на тропе, развернул лошадь и подождал, пока подтянутся остальные.

— Налетчики следуют за мужчиной и девушкой, — сообщил он.

Рэньон задумался, нахмурившись и вглядываясь в следы этой пары, на которые указывал индеец. На тропе они заметили их некоторое время назад, а прежде — около лавки Чавеза, где, как они были убеждены, Консидайн держал запасных лошадей.

Наконец Пит взглянул на индейца.

— А ты уверен, что это девушка? — спросил он.

— Маленькие следы, легкие отпечатки, короткий шаг. Конечно, девушка. Я видел место, где она спала. Очень маленькая вмятина.

Если Мак Арроу сказал, что на тропе девушка, значит, так оно и есть. Помолчав, индеец добавил:

— Первыми шли мужчина и девушка, за ними много апачей, потом Консидайн и остальные.

Уидин расслабился в седле и отломил уголок плитки жевательного табака.

— Чего тут гадать? Мы хорошо знаем Консидайна, — сказал он спокойно. — Разве можно ожидать от него другого? Скорее всего, он встретил этих двоих у Чавеза… а потом вдруг обнаружил индейцев на их тропе…