– Ну и что?

– Они запросили охрану, на рабочем вы месте или нет. Время подхода – две минуты.

Мужчины переглянулись.

– Ох и не нравится мне эта тенденция, – помрачнел Ромашин. – Сначала Меркурий, теперь уже Земля, причем прямо на территории учреждения федерального значения…

– Может, это профилактика? – предположил Джума. – Сейчас стало модно направлять обоймы Службы в районы предполагаемых правонарушений.

– В таком случае за нами следят. Иначе как объяснить, что Служба появляется именно в те моменты, когда мы собираемся вместе?

– Пора переходить на полный «срам» [9] . Совет давно предлагал закрепить за каждым из нас обоймы телохранов.

– Мне охрана не нужна, – качнул головой Железовский.

– Не растопыривай пальцы, герой, – поджал губы Ромашин. – Интрасенсы – не волшебники, а ты – не Клим Мальгин. Всем вам тоже нужна защита.

– Что будем делать? – оглянулся на дверь Хан.

– Уходите, мы останемся, – сказал Ромашин. – У Службы нет оснований задерживать нас, иначе я бы об этом знал.

Железовский посмотрел на Дарью.

– Иди первой.

– Координаты выхода…

– Я помню.

Дарья слегка побледнела, вытащила трансфер.

– До встречи.

Шар стартового терминала выбросил вихрь искорок, охвативший девушку, фигурка ее искривилась, как отражение в воде от пробежавшей волны, втянулась внутрь сферы и пропала вместе с ней.

За дверью кабинета Железовского что-то зажужжало, раздался стук в дверь:

– Откройте! Именем закона!

– Закон… – усмехнулся Железовский. – Закон – что дышло, куда повернул, туда и вышло. Ждите, мы скоро вернемся.

Он «вошел» в трансфер, исчез.

Ромашин открыл дверь.

В кабинет ворвались пятеро «киборгов», вооруженные с ног до головы. Затем неспешно прошествовал офицер. Оглядел спокойно-равнодушные лица присутствующих, козырнул.

– Капитан Кранц. Где хозяин?

– Сами ждем, – сказал Ромашин. – Вышел на минуту.

– Подождем, – сказал офицер, добавил в усики рации: – Он ушел. Перекройте выходы, лифты и метро.

– А в чем дело? – поинтересовался Джума, демонстративно зевая.

– Вам тоже придется пройти с нами, – сказал командир подразделения.

– А если у нас другие планы?

Офицер окинул его нехорошим взглядом. И тотчас же стволы «универсалов» на плечевых турелях «киборгов» уставились на гостей Аристарха.

– Ну-ну, – хмыкнул Джума, – продолжайте в том же духе, если хотите вылететь из Службы. Я испоник, оператор второго уровня, имею статус официально неприкосновенной фигуры.

– Мы в курсе, – сделал любезное лицо офицер. – Однако все равно вам придется подчиниться.

Ромашин шагнул к нему, глянул исподлобья.

– Пока нам не предъявят обвинение и ордер на арест, мы никуда не пойдем!

– Еще как пойдете!

– Артур, – вызвал Ромашин дежурного по штабу Сопротивления. – Дай тревогу по форме «блеск»! Статуправление ВКС, отдел эфанализа. Нас пытаются задержать без предъявления соответствующих документов. Разрешаю все доступные формы оперирования.

– Не понял, повторите, – ответил дежурный; голос его слышал только Игнат.

Капитан стражи потемнел, несколько секунд колебался, принимая решение, потом скрипнул зубами, махнул рукой:

– Уходим!

«Киборги» потянулись к выходу. Их командир оглянулся на пороге, подарил Ромашину обещающий взгляд:

– Вы недолго будете советником комиссара, господин Ромашин, уверяю вас.

– Вы будете капитаном еще меньше, господин Кранц. Да, и еще одно: передайте господину Штыбе, что с этого момента он будет ходить по минному полю. Он поймет.

Капитан пожевал губами, но отвечать не стал, удалился.

Дверь закрылась.

Маттер с любопытством посмотрел на Ромашина.

– Вы и в самом деле вызвали охрану?

– Я блефовал, – равнодушно ответил Игнат. – Но он об этом не знал. И мне все надоело. Сегодня же подниму в Совете вопрос об адекватном реагировании. Наглецам надо давать отпор на всех уровнях, в том числе силовыми методами.

Джума тоже глянул на него с интересом:

– Что ты имел в виду, передавая Штыбе, что он «будет ходить по минному полю»?

– Штыба участвует в охоте за интрасенсами, это очевидно. Он не оставит в покое ни Аристарха, ни Дашу, ни вас, ни тебя, Герхард. Этому надо положить конец.