Я был бы вам весьма признателен, если бы вы прислали сюда машину к десяти утра".

"Тебя опять собираются убивать?" - Мела прикурила для него сигарету. "Увы, нет. Не хочу тебя огорчать, но даже в тюрьму попасть шансов нет никаких. Боюсь, что теперь чье-то внимание переключилось на Валю и Вебстера". "Что нам грозит?
– Валька был радостно заинтригован.- Убийство, грабеж и поджог?" "Хуже, Валя. Гораздо хуже". "Да и черт с ним, со всем этим, да и с тем, что гораздо хуже в придачу!" - с восторгом закричал Валька. "Я восхищен, Валя, твоим воинским пренебрежением к опасности, которое, как мне рассказывали, не раз подводило тебя в прошлом. Условном прошлом, разумеется, чтобы быть терминологически точным. Даю вам с Мелой ровно двадцать минут на упаковку всех наших вещей и всех карт, записок и прочих материалов из кабинета Вебстера. Несите все сюда, а я пока буду решать, как нам отсюда выбраться. Это - главная проблема. Потом надо найти Вебстера и тихо исчезнуть из этого места".

Итак, такси полностью исключается - приедет не тот таксист или, чего хуже, именно тот. Отчима Мелы, как и Александру с Сергеем, ни в коем случае не впутывать. Тогда кому звонить? Не бармену же! И вообще если исключить всех эрудитов, невротиков и безумцев, то решительно некому. Разве только алкоголикам...

"Мела!
– закричал он (они с Валькой как раз спускались на кухню с набитыми чемоданами).- А где этот, ну как его, тот, что показывал Город нашим друзьям два года назад? Он, судя по рассказам, сильно пьющий, но с машиной". "Подожди!
– Она наморщила лоб.- Ты говоришь о Тэне, который делал расчеты для Каматэра. С ним спала твоя Александра, как, впрочем, и с самим Каматэром..." "Дорогая, мы не можем с этим считаться в минуту острой необходимости..." "Сейчас.- Она быстро нашла нужное место в телефонном справочнике.- Вот".

Было несколько длинных гудков, пока Студент взял трубку. "Да?" - "Простите меня, Бога ради! Меня зовут Август. Я друг Александра, которого вы столь любезно водили по Городу и приятель Юлия Гутмана, также вам известного. Не знаю, дает ли мне это право на то, чтобы обратиться к вам с совсем уже наглой просьбой, но..." - "Перестаньте извиняться и скажите, что вам нужно. Денег? У меня их, разумеется, нет, но какую-то сумму, думаю, смогу достать".- "Нет. Нам крайне необходимо, чтобы вы немедленно приехали на вашей машине по адресу, который я вам сейчас дам, взяли меня и двоих моих друзей, потом помогли разыскать еще одного друга, находящегося, по-видимому, в противоположном конце Города, и, наконец, помогли бы нам каким-либо образом..." - "Больше не надо, я понял. Я знаю, где вы сейчас, ну это чистый случай. Вам очень повезло. Встал в два и вот уже почти час размышляю, начать ли пить сейчас или дождаться ужина у родичей в шесть вечера. Ваш звонок разрешил мою проблему. Сейчас заправлюсь и буду у вас самое позднее через полчаса. Пока".

Вместо того чтобы провести эти полчаса вдвоем с Мелой (когда еще случится, да и случится ли?), он смотрел, как они с Валькой кладут последние мазки на холст "Оставление троими вебстеровского дома". Сам он не сдвинулся с места. Почему, чтобы до чего-то додуматься, это что-то должно обязательно произойти с тобой лично? Что бы ответил Студент на этот вопрос? И спрашивать не стоит ответил бы, что пока других способов "додуматься" человечеству придумать не удалось. Пора перетаскивать вещи к входной двери.

"Можете не представляться, вы - Август.- Студент протянул ему руку.- Мне Каматэр все уши о вас прожужжал. Он называет вас творцом "интуитивного метода постижения исторического пространства". А вы, безусловно, профессор Якулов, будущий почетный академик Города. Вам придется подождать два месяца до очередных выборов, но ваше избрание предрешено. Теперь я бы смиренно попросил вас представить меня даме, которую не имею удовольствия знать". "Это - Мела". "Мела? О!
– Он низко поклонился, усаживая ее на переднее сиденье.- Вы, следовательно, и есть госпожа Тимоти Эгар, прошу вас".

Когда все уселись, он закурил сигарету и включил мотор. "Куда ехать прикажете?" - "Пока, главное - не куда, а откуда. Сначала необходимо выбраться отсюда наименее заметным и одновременно наиболее необычным путем. Потом - на север, предпочтительно тоже каким-нибудь странным образом, делая ненужные объезды и меняя направление. Так мы, если ничего не произойдет, доедем до шестого участка археологических раскопок - он отмечен у меня на карте,заберем Вебстера и будем решать, как нам всем исчезнуть из Города". "А-а-а-а... Украли что-нибудь и спасаетесь от возможной погони? Ну, например, госпожу Мелу.- Он резко свернул налево и повел машину по проселочной дороге, отмеченной на карте пунктирной линией.- В таком случае, господа, по законам Города я буду считаться не сообщником, а "исполнителем преступления". Это совершенно особая категория. Пять лет одиночного заключения или принудительного труда на ночных ассенизаторских работах". "И не рассчитывайте. Мы, к сожалению, ничего не украли. Даже Мелу. Вообще мне кажется - на собственном опыте, уверяю вас,- в Городе гораздо труднее попасть в тюрьму, чем выбраться из него живым".

Они проезжали мимо бензозаправочной станции, перед которой стоял огромный трейлер для перевозки автомобилей. Август попросил Студента остановиться и обратился к шоферу грузовика с просьбой поднять их машину на платформу и вместе с пассажирами отвезти на север по указанному адресу кратчайшим путем и максимально быстро. "Безусловно, но это будет вам стоить уйму денег. Двадцать донов (около четырехсот долларов)".- "Прекрасно". Августу ни о чем не хотелось говорить. Повторение ситуаций - плохой способ познания жизни. Однако, проносясь на высоте трех метров по прямой как стрела дороге, он не мог не отметить безупречности обратной симметрии ситуаций, своей и его лондонского друга: того Студент ВВЕЛ в Город, а его, Августа, он из того же Города ВЫВОДИТ (еще не вывел). Но хватит, хватит! Города больше не будет в его думании. Только - Мела и Древний Человек. Жаль, что машина не подпрыгивает на ухабах их здесь днем с огнем не сыщешь,- это бы создавало ритм его мышлению. Сейчас атаковать их трейлер было бы нелегким делом; без противотанковой артиллерии, пожалуй, и пытаться не стоит.

Студент откинулся на спинку сиденья и закурил. "Итак, профессор Якулов, в одной фразе - может ли история быть правильной?" - "Я бы разделил ваш вопрос на два: может ли она вообще БЫТЬ, и только если да, то может ли она быть правильной? Отвечаю. Если история есть в моем мышлении, то спрашивать надо правильно ли оно. Другой правильности у истории нет".- "Теперь вы, господин Август". В голосе Студента была небрежная повелительность неудавшегося Владыки Рода. "Ах, мой дорогой Студент, стоит ли об этом?
– Август говорил снисходительно-усталым тоном профессора, отвечающего в конце лекции на вопрос студента, уже забывшего, о чем в ней шла речь.- Есть только одна история, история МЕНЯ. Любая другая, включая историю Города, не более чем движение моей мысли назад или отбрасывание ее вперед. Я покидаю Город, вывозя его историю как часть моей". "И вместе с историей "вывозя" также жену британского дипломата, предварительно ублажив мою бывшую любовницу, ныне жену Сергея. Вы, господин Август, несете в себе гены викингов через каких-то русских князей, я полагаю".- "Я не очень верю в генетику. Есть другие линии связей, гораздо плотней заполняющие промежутки между настоящим и прошлым. В одной из таких линий я гораздо ближе к вам, чем к викингам, хотя, конечно, одно не исключает другого. Но при всем вашем компьютерно-математическом скептицизме как вы непоправимо доверчивы! Вы все еще серьезно думаете, что в Городе никто никого не убивает и что прекрасных дам имеют и увозят, не замечая, что в большинстве случаев это они с нами делают, а не мы с ними".