– Это звучит вполне естественно.

– Что вы скажете на это?

Сейчас нужно выбрать точную фразу, Анна. Женщина, пережившая такой стресс, не может очертя голову броситься в любовное приключение. Женщина, потерявшая близкого человека, не может пойти на скоропалительную связь. Но, если мужчина привлекает ее, она должна дать ему понять это…

– Я скажу – мне не будет это неприятно. Более того… – я замолкаю.

Лещ, теперь уже откровенно и без всякого повода, берет меня за руку: теперь в этом жесте нет ни ободрения, ни поддержки, ничего того, что было во всех его прошлых прикосновениях. Только откровенное желание.

– Помните, Анна, вы говорили… Что, если появится ваш человек… Он просто подойдет к вам и возьмет за руку. Я беру вас за руку, видите…

– Да. Ваша рука похожа на руку, которую я всегда ждала. Но не сейчас, Миша. Поймите меня. Я еще не готова.

– Хорошо Я подожду, когда вы будете готовы…

Да. Пока я не готова Пока нет возможности встретиться с Костей и отчитаться за проделанную работу, пока нет возможности передать остатки ампул. Пока нет возможности выяснить, что же произошло в богоспасаемом Дубровнике. Остается много таких «пока». И, наконец, самое главное: пока я не смогу копаться в душе Леща так же, как в его мусорном ведре…

Теперь я выгляжу на все сто, но не спешу сдавать главные козыри. Он увидит меня во всем блеске только через три дня, на семилетнем юбилее компании, куда я официально приглашена. Как новая сотрудница аналитического отдела и штатный психолог. Это недопустимое совмещение должностей, но Лещ пошел на это. Я сильно подозреваю, что штатного психолога навязали мне после психоаналитических экзерсисов с Андреем, они произвели на Леща сильное впечатление. А расплывчатый термин «сотрудница аналитического отдела» был придуман специально для меня.

Я согласилась на предложение Леща со сдержанной радостью – совсем никак не реагировать было бы глупо, а откровенный щенячий восторг несколько бы снизил мой образ, который за последнюю неделю поднялся в глазах Леща на недосягаемую высоту. Решающее наступление на Леща было назначено мною на послефуршетный вечер. Мы немного выпьем на банкете, я постараюсь обаять его ближайших сотрудников (чуть-чуть ревности ему не повредит), а потом я предложу ему сбежать с праздника в лучших традициях фильмов из «Тысячи и одной ночи кино» – программы, которую крутят лещовские ребята из киноредакции. Дома мы извинимся перед Стариком, еще немного выпьем, теперь уже на брудершафт. Я позволю ему поцеловать себя. А потом… Потом будет ночь, и утром я проснусь не одна, а с прирученным Лещом рядом с собой.

Целый день перед банкетом я привожу себя в порядок. Синяки сошли, и лицо очистилось, из зеркала на меня смотрят вдохновенные глаза победительницы, умело подкрашенные по технологии Стасика (милый гомосек, волшебник Изумрудного города, когда все кончится, обязательно приглашу его в какой-нибудь навороченный гей-клуб). Из зеркала на меня смотрит вдохновенное лицо записной хорошенькой сучки Анны. Ты чертовски хороша, ты чертовски хороша, ты чертовски хороша, покойный хирург-пластик Николай Станиславович действительно был классным специалистом, царствие ему небесное. Ты другая, не такая, какая была до убийства банкира и его жены. Но ты не хуже. Во всяком случае – куда более опытна и куда более умна. Спасибо всем за мою подретушированную шкуру и обновленный цинизм души. Аплодисменты!

…Когда Лещ в семь вечера заехал за мной, я была во всеоружии, стильная штучка, та самая, которая соблазнила Эрика в подсобке ресторана, которая соблазняла всех остальных во всех других местах. Еще неизвестно, кому придется быть соблазненным. Лещ.

Он стоял у дверей и не мог сказать ни слова.

– Едемте, Миша, – мягко напомнила я ему о своих прямых обязанностях– Я уже выгуляла Старика. Едемте.

– Вы. Это вы…

– Без синяков я выгляжу лучше, правда?

– Вы очень красивы.

– Я просто пришла в себя. Не вижу в этом ничего выдающегося.

– Ничего выдающегося, кроме вас самой. – Он не очень-то разнообразен в комплиментах.

– Как вы меня представите? Или представляться необязательно?

– Теперь и я думаю, что представляться необязательно. Как бы я вас ни представил, все равно все подумают: вот чертяга Лещ, любимчик судьбы, который отхватил самую красивую женщину, – он испуганно смотрит на меня, – хотя бы на вечер. Я отхватил вас на вечер?

– Пожалуй, да. Едемте, я готова.

…Семилетний юбилей, некруглая библейская дата, праздновался с большим размахом в ресторане Дома кино, арендованном на целый вечер. В качестве места празднования выдвигались куда более престижные места, включая «Рэдиссан-Славянскую» и несколько богатых ночных клубов, но коммерческий директор компании, сам бывший киношник, закончивший карьеру в должности директора картины, предпочел патриархальный Дом кино. Собрать всех не получилось – ресторан просто не вместил бы большинство техперсонала компании: присутствовал только тележурналястский костяк, творческие кадры и отцы-основатели.