После этих слов бодрой старушки Марина уже не слышала и не видела ничего. Она с ужасом представила, как бабуля тоскует в полном одиночестве, как она ждет, что сын все-таки вспомнит о ней, поможет… Да уж, вспомнит Дикулов, дождешься от него. У него то гольф, то яхта, то Канары, то новая жена… до матери ли тут?

Осмотрев дом, Марина с Ниной Павловной вышли на улицу.

– Понравилось? – спросила старушка.

Марина кивнула, хотя ничего не рассмотрела, погрузившись в свои мысли.

– Тогда бери паспорт и деньги, идем в правление, – приказала Нина Павловна. – Или тебе за деньгами еще ехать куда надо? – спохватилась она.

– Никуда не надо, – успокоила ее Марина. – Я как чувствовала, много с собой взяла. А как вы договорились-то? За сколько?

Нина Павловна выпятила грудь и расправила плечи.

– А за тридцать! – гордо сообщила она. – Я ему сказала, дураку, что нечего людей обдирать, тебе одних налогов сколько заплатить придется!

– Как-то уж очень дешево, – усомнилась Марина. – Может, ну его, заплатить тридцать пять хотя бы?

– Вот это ты брось! – строго прикрикнула на нее старушка. – А ванну ставить? Забыла? Это еще какой расход! Да и дров там с гулькин нос, неужто не заметила? Надо еще машину березовых покупать, а лучше две, кто его знает, какая зима-то будет! И Николай вас не бесплатно перевозить будет! Ты, кстати, имей в виду, лишнего ему не давай, он хотя и не пьяница, а все же…

Далее последовали подробные инструкции, кому, за что и сколько следует платить. Марина слушала внимательно, все запоминала. Ей и самой не хотелось выглядеть городской дурочкой, которая цен не знает и которую ободрать как липку ничего не стоит.

К вечеру главное дело было сделано, дом перешел в собственность Марины, хотя для окончательного оформления бумаг нужно было еще два-три дня, но это уже не требовало постоянного присутствия Марины. Ей сказали, что все подписи она сможет поставить, когда вернется в Завойское с бабушкой. А пока Марина занималась оформлением покупки, какие-то серьезные крепкие мужички уже начали копать на задах огорода яму для локальной канализации.

Марину до глубины души потрясли спокойствие и доброжелательность местного люда. Каждый готов был ей помочь, и при этом все радовались (и, похоже, совершенно искренне!), что у старушки, живущей в глухом лесу, нашлась такая замечательная и богатая внучка, и теперь Наталья Ивановна переберется в поселок, где есть и магазин, и больничка с фельдшером, и телефон, и автобус ходит до Нижнего Новгорода.

Да, тут вам не Питер, подумала Марина уже в сотый, наверное, раз, когда они с Ниной Павловной остановились у магазина. Тут люди совсем другие, как будто инопланетяне.

– А может, и не надо ничего брать? – с сомнением сказала Нина Павловна.

– Нет! – На этот раз твердость проявила Марина. – Обязательно нужно. И покупку обмыть, и чтобы к бабулиному приезду что-то стояло наготове.

– Ну разве что к приезду Натальи, – уступила старушка.

Марина ожидала увидеть убогий гастроном, где продаются никудышная водка, дешевые консервы и плохие конфеты, но была приятно поражена. Конечно, коллекционных коньяков здесь не держали, но водка на полках стояла очень приличная, и выбор вин тоже радовал.

– Вы что предпочитаете, Нина Павловна? – спросила Марина, рассчитывая услышать стандартный ответ: «Беленькую».

Но старушка сообщила:

– Коньячок. Мы с Натальей в молодости иной раз коньячком баловались. Он, конечно, тогда других денег стоил, но если уж ты, Мариночка, спрашиваешь…

Марина усмехнулась:

– Ясно. Значит, берем то, что напомнит вам с бабулей молодость.

Пусть не «Хеннесси» они купили, но и не самогон. А заодно Марина прихватила несколько шоколадок и две большие коробки конфет. Ради будущего праздника.

– А долго нам ехать? – спросила Марина, забираясь в кабину чудовищно огромного, дурно пахнущего и пугающе шумного трактора.

– Не особо, девица. К обеду доберемся, если повезет, – весело ответил Николай, закидывая наверх небольшой рюкзачок Марины с самыми необходимыми вещами. Сумка осталась у Нины Павловны.

– К обеду? – ужаснулась Марина.

Так они половину дня будут ехать в этом воняющем соляркой, оглушительно ревущем монстре на высоченных колесах? Ой-ой…

Но деваться все равно было некуда.

Итак, Марина помахала рукой Нине Павловне, и они с Николаем отправились в путь. Марину уже через полчаса начало мутить от тряски и грохота, но она стоически терпела, видя, что молодой парень, управлявший железным дивом, переносил все неудобства совершенно спокойно, как будто и не замечал ничего. Марина сердито думала, что Николай, конечно, привык к своей машине, он на ней работает уже не первый год, а вот для человека нового подобное испытание может кончиться легким безумием и вывихом позвоночника. Но еще через час она как-то притерпелась и уже оказалась в состоянии и поддерживать разговор, и смотреть по сторонам… Впрочем, смотреть было, в общем, и не на что. Лес стоял голый, мрачный, ни листвы, ни снега, только вокруг поселка легло белое покрывало, а дальше у природы снежка не хватило… самое настоящее безвременье царило вокруг, провал в никуда, исчезновение ориентиров… Как в каком-то фантастическом фильме, название которого Марина забыла.