Он был возбужден верховой прогулкой вдоль Побережья. Боже, ему начинала нравиться Калифорния, особенно — свежий ветер с океана.

Он чувствовал себя, как будто очнулся от глубокого, долгого сна, все его тело и мозг ожили, оценив маленькое удовольствие, которое он долгое время не позволял себе.

Теперь не только чувства и рука, в которой он держал винтовку во время перестрелок, но и мозг заработал с полной отдачей, получив приток кипучей крови.

Ледяная Королева сделала ответный ход в их отношениях, которые все больше стали походить на шахматную партию. Эту игру он не хотел проигрывать. Марш страстно хотел увидеть обворожительную мисс Хилльярд побежденной. Он мечтал призвать ее к ответу за то, что его схватили и бросили в камеру. И он прекрасно знал, в какой форме он желает получить контрибуцию.

Марш свернул газету рулоном и вошел в «Славную дыру». Довольно много народу для послеполуденной жары.

Наверное, это результат обывательского любопытства. Он был рад этому. Надо подогревать интерес публики, всячески, зазывая посетителей в свое заведение, особенно в течение ближайших двух недель, когда в «Серебряной леди» будут показывать канкан.

В этом должны помочь его женщины-крупье. Завтра он проведет собеседование с желающими и как можно скорее приступит к обучению. Такое нововведение, как женщина-крупье, должно привлечь посетителей и заставить их раскошелиться. Кроме того, у него новая певица с отличными рекомендациями от Квинна Девро.

За стойкой бара Хью поучал второго бармена, которого он нанял в помощь. О'Коннелл выглядел очень озабоченным, и Марш остановился, чтобы переброситься с ним парой слов.

— Все в порядке?

— Аккомпаниатор новой певицы заболел. Она говорит, что не может выступать без него.

Марш вздохнул. Пригласительные билеты уже распроданы. У Дженни Дэвис, молодой певицы, давно образовалась армия поклонников. Срыв объявленного выступления после Лотты Крэбтри означал крах заведения.

— Где она?

— В гримерной. Ждет вас. Она хочет сама сообщить вам об этом. Да… Вы просмотрели газеты?

Марш кивнул.

— Канкан?

Хью мялся, перебрасывая стакан из ладони в ладонь.

— Я подумал, вам следует знать.

— Я знаю, — сухо отозвался Марш. — Но если нам удастся запустить девочек и Дженни, это существенно уменьшит наши потери и торжество мисс Хилльярд, если только мисс Каталина тоже не поставит женщин за игровые автоматы.

Стакан выскользнул из рук Хью и разбился. Бармен опустился на колени, чтобы собрать осколки.

— Извините, мистер Кантон, — пряча глаза, пробормотал он.

Неожиданно у Марша внутри екнуло. Он не привык к преданности и не ждал ее от людей. Хью работал на него всего три недели. У Марша не было никаких оснований рассчитывать на доброе к себе отношение. Но он рассчитывал, а сейчас понял, что Хью — не «его» человек.

Блаженное спокойствие утра рассеялось. Кантоном овладело обычное циничное отношение к миру. Первым побуждением было уволить О'Коннелла, вторым — использовать его. У Марша пересохло в глотке.

— Ничего, Хью. У нас полно стаканов. Проследи, чтобы девушек сразу проводили ко мне на собеседование.

Хью кивнул, не отрывая взгляда от осколков.

— Думаю, что мы больше не можем рассчитывать на Хью, — сказал Тедди Каталине.

Она оторвалась от бухгалтерской книги. Канкан был ее удачей. Именно она познакомит американцев с этим танцем. Это ее вклад в развитие развлечений в Сан-Франциско и удачное развитие собственного бизнеса. Но надо избавляться от неприятного соседства.

Делать деньги стоит денег.

Деньги — это власть и защита.

Каталина хорошо запомнила слова Бэна Эбботта. Это был едва ли не первый урок, вызубренный ею. Каталина попыталась сосредоточиться на том, что говорил Тедди.

— Что ты сказал, Тедди?

— Не думаю, что мне удастся узнать что-нибудь еще от Хью. Он не хочет быть нелояльным по отношению к своему хозяину.

— А как насчет его преданности тебе? — ядовито спросила Каталина.

— В том-то и дело. Он разрывается между мной и им и мучается от этого.

— Ему что… нравится этот… этот человек?

— Не знаю, как он относится лично к Кантону, но Хью получает от него деньги.

Кэт молча обругала всех принципиальных.

— Но он сообщил мне, что Кантон нанимает женщин в качестве крупье и для работы с игровыми автоматами.

Каталине показалось, что свинцовый обруч сдавил ей грудь. Это была хорошая мысль. Очень хорошая. Почему она не пришла в голову ей? Она могла бы последовать примеру Кантона, но это в известном смысле означало бы ее поражение. Нет необходимости подражать ему. Каталина Хилльярд может придумать что-нибудь свое и получше, ну, например, как внедрить в американскую моду канкан. Но… она и не подозревала, как изобретателен Кантон.