Разделитель следовал по пятам за кораблем, который двигался по эллипсу вокруг солнца со скоростью сто тысяч километров в час, приближаясь к той точке, где заработают его драйвы. Разделитель чувствовал исходящие от корабля мощные биотоки ненависти и властолюбия.

А где-то далеко, бесконечно далеко от него, великий Нумал закончил сооружение защитного модуля и теперь готовился чисто техническими методами осуществить трансмиссию. Услышав во вселенском эфире его торжествующий крик. Разделитель заставил драйвы Фюля сработать раньше положенного срока, придав им такую конфигурацию, какая и не снилась их создателям. Инженеры едва успели прокричать об этом на мостик, и тут же «Черный Корабль» выскользнул из нормального времени-пространства и провалился в черную бездну.

Он прямиком угодил в трансляционный канал, подготовленный Нумалом, и две системы заработали в противофазе, как вещество и антивещество. Последовал мощный выброс энергии, беззвучная вспышка озарила вселенские просторы, и через миллиардную долю секунды Нумал и «Черный Корабль» сплавились воедино, образовав сгусток плазмы — зародыш новой вселенной, небольшой, но чрезвычайно горячий — настолько горячий, что он мог сохранять первоначальную температуру по крайней мере первые пятьдесят миллионов лет.

Секундой позже Разделитель вернулся на лесную поляну Мулда и описал случившееся с помощью фигурных образов.

— «Черного Корабля» больше не существует.

— Так же как и Нумала. Чоузен вдруг растерялся.

— Мой разум не способен охватить столь грандиозные события. Моя мать мертва, мой друг Рва — тоже, и я не чувствую ничего, кроме усталости. У меня страшно болят запястье и ступня. Мое сердце словно рассекли пополам. И вдруг я слышу, что враги мои уничтожены.

Он неуклюже поднялся, опираясь на отца.

— Теперь я хочу вернуться домой. Этот мир слишком жесток, Я перестал его понимать.

Поразмыслив, Разделитель согласился с ним. Этот молодой человек открывает новую главу в истории старого мира. Опираясь на новые знания, человеческая раса преобразуется. И еще одно не вызывало у Разделителя сомнений: борьба между людьми никогда не стихнет, они еще слишком молоды и неразумны как вид. Последний раз, на прощание, расцвела монада в сознании Чоузена и его отца, а потом Разделитель исчез.

Лишь сидя в космической шлюпке, Айра Ганвик до конца поверил в свое спасение.

Правда, в первые минуты полета они порядком перетрусили: едва начав разгоняться, шлюпка содрогнулась от страшного удара. Ганвик протестировал корабль, но так и не нашел поломки. Зато со всех радарных экранов пропал «Черный Корабль», и его исчезновение подтвердил компьютер. Айра предложил Ван Рельту на всякий случай сбавить скорость. Через несколько секунд Ван Рельт заглушил двигатели, и они поплыли по низкой орбите вокруг Фенрилля. Внезапно наступившая невесомость не вызвала у них особого восторга, но все-таки она была лучше, чем повышенная гравитация.

— Неужели нас действительно оставили в покое?

— Компьютер сообщает, что они исчезли. Выходит, сработали драйвы Фюля.

— Что? Так близко от планеты? Тут попахивает аварией.

Ван Рельт пристально посмотрел на Ганвика.

— Какой еще аварией?

И тут Айра разразился заливистым, булькающим смехом, в котором одновременно слышались радость, злорадство и огромное облегчение.

— Сдается мне, дружище Ринус, что из всех пассажиров «Черного Корабля» уцелели только мы с тобой.

Ван Рельт кивнул, угрюмо поджав губы. Айра тут же притих.

— Конечно, я не хотел… — произнес он, виновато разводя руками.

— Теперь главное — не попасться на глаза Фанданам. Придется нам залечь на дно, и надолго.

— Мы… — Айра кашлянул, — то есть вы, конечно, достаточно богаты — так стоит ли обрекать себя на одиночество?

— Недолго мне осталось тешиться этим богатством. Я отдам его в семью. Там его по крайней мере не разбазарят понапрасну.

К старому Ганвику постепенно возвращалось его былое обаяние.

— Друг мой, я ваш вечный должник. Ван Рельт тут же насторожился:

— К чему вся эта болтовня, Ганвик? Я вас знаю как облупленного.

Айра ухватился за перила и, зависнув в воздухе, безмятежно улыбнулся:

— Ведь вы нуждаетесь в госпитализации, и притом безотлагательной. Ведь так, Ван Рельт?

— Да, — ответил тот после короткой паузы. Айра тоже выдержал паузу, а потом, продолжил:

— Ну вот, а я как раз знаю одну небольшую, очень хорошую клинику. Там вас, возможно, выходят. Стоит эта клиника на Дальних Скалах, управляет ею одна моя старая подруга. За пригоршню нашего, то есть вашего, фарамола она не мешкая назначит вам курс лечения. — Ганвик приложил руку к разбитому рту — десны все еще кровоточили. — Ну а я отправлюсь к дантисту. Может быть, он хоть что-то спасет.