— Нет-нет, это совсем не то, что вы думаете. Мы не убивали их. Судя по всему, они убили друг друга. Их трупы обнаружили в космическом порту. Ранее сообщалось, что в этом месте произошла короткая перестрелка. Еще раз подчеркиваю: Синдикат не имеет к гибели фейнов никакого отношения.

Офицеры помоложе беспокойно заерзали, видимо, их смущало присутствие столь древних старцев.

— Так вот, мы хотим поступить с их останками надлежащим образом. Скажите, предусмотрена ли в таких случаях какая-либо погребальная церемония?

Один из молодых офицеров перекрестился — он, видимо, принадлежал к Церкви Христа-Космонавта.

— А у вас есть с собой фотографии этих фейнов? — спросил вдруг Эрвил Сприк.

— Да, а зачем вам это?

— Возможно, я их узнаю. Лейтенант протянул ему фото. Эрвил бросил быстрый взгляд на карточку и, тяжело вздохнув, сказал:

— Это очень известные фейны. Тот, у которого рана в груди, — Персимпилгас, личный телохранитель молодого Прауда. Другой — старый Рва из Брелкилка, ставший легендой еще при жизни. Они лежали рядом?

— Да, сэр.

— Скажите, как погиб Рва?

— Ему выстрелили в грудь четыре раза. Вдобавок на его левом боку осталась глубокая рана.

Эрвил Сприк тут же обо всем догадался. Рва отправился туда, чтобы сражаться за честь клана Фанданов. Он победил, и тогда молодой Прауд застрелил его, окончательно порвав с кланом.

— Обычно фейны не устраивают похоронной процессии. Они считают, что тело погибшего лучше всего предать земле там, где его настигла смерть. Однако в данном случае речь идет о двух величайших героях, широко известных у себя на родине. Поэтому предлагаю переправить тела в долины и отдать мсее их деревень. Рва — в Абзенскую долину, Персимпилгаса — в Рамаль. Пусть соплеменники решают, как с ними поступить.

Офицеры поблагодарили Эрвила Сприка за совет и ушли. Остаток дня тянулся бесконечно долго. Сприк не отходил от окна, напоминая хищную птицу, томящуюся в клетке. Дали сидела у компьютерной приставки к телевизору, выводя на экран какие-то научные материалы.

Эрвил отметил про себя, что если кто и выйдет отсюда живым и здоровым, так это Дали. Сам он уже начинал сходить с ума от скуки.

Лишь глубокой ночью, когда буря в долине Бутте улеглась и в ясном ночном небе замерцали звезды, Лавин Фандан наконец оторвался от клавиатуры и отпечатал копии своего плана для нейликов и других старших офицеров.

Импи начнут движение в сумерки. Позиции новых командос смещены в одну сторону. К тому же при разграблении поместья Бутте каждый солдат урвал свою долю добычи, и теперь дисциплина в войсках сильно упала.

Значит, его импи смогут проникнуть глубоко в расположение противника и, если им хоть немного повезет, выйдут, никем не обнаруженные, к берегам Сливерари. Быстро перейдя мосты, они значительно ослабят позиции командос и даже смогут ударить по самому поместью. Лавин приказал двигаться налегке, бросив артиллерию и обозы с провиантом. Они вложат в этот удар все свои силы, и если проиграют это сражение, то оно станет последним.

После того как Лавин досконально выверил свой маршрут, компьютер оценил вероятность его поражения в 50 процентов против первоначальных 90. Итак, шансы сравнялись, все остальное зависит от его подчиненных — фейнов и людей.

В течение долгих часов хитин с нарастающим волнением изучал пленников, попавших в его сумрачные недра. Снова и снова осматривая каждую деталь, его неповоротливый мозг стремился извлечь на поверхность какие-то древние воспоминания, на которые в свое время кто-то наложил табу. Каждое новое открытие наполняло его радостью.

Несомненно, эти существа абсолютно чужды ему — таков был его первый вывод. Тело Ю Чжао препарировали на мельчайшие кусочки и тщательно распробовали. Теперь внутреннее строение гуманоидного организма было ему хорошо известно. При необходимости хитин сможет воссоздать их систему обмена веществ, нервную систему и даже различные внутренние органы.

Второе: эти существа, безусловно, разумные. Гнездо измерило их внутричерепные поверхности и, попробовав на вкус содержимое головы Ю Чжао, определило, что внутри находится значительное количество нервной ткани, схожей с нервными тканями крупных животных на планете, которая не является их родиной. На планете, где в их стволы памяти внесли такую сумятицу. Столь значительное относительно размеров всего тела количество нервных тканей — показатель высокого интеллектуального развития.

Кроме того, эти существа покрыты оболочкой из материалов, которым стволы памяти так и не отыскали аналогов. Но при этом сведения об их химическом составе всколыхнули какие-то древние воспоминания. Гнездо смутно чувствовало, что когда-то уже имело дело с такими материалами.

Прессованный пластик, керамика, обработанные металлы, различного рода приспособления — например, те, что способны вызвать световые волны даже здесь, — в сердце гнезда. Все это чудеса, о которых повествуют древнейшие легенды. На многих этих предметах остались отметины какой-то другой, находящейся за пределами их мира цивилизации! Гнездо уже начинало лихорадить…