Еще одна группа вошла в Лабиринт. Потом еще одна. Теперь из оставшихся ближе всех к воротам находилась группа Кирка.

— Пошли, — приказал Кирк, поднимаясь на ноги и направляясь к воротам.

Лабиринт, подумал Кирк, делая шаг в овальное отверстие, светящееся радужной пеленой защитного экрана. Лабиринт…

Первое, что они увидели, ступив в пространство Лабиринта, была птица. Громадная темно-серая птица, покрытая широкими, плотно прилегающими к телу перьями. Она сидела на куче неопрятного тряпья метрах в двадцати от них и с любопытством глядела на неожиданных гостей своими маленькими зелеными глазами, слегка склонив набок голову.

— О! Птичка! — радостно воскликнул Партиони. — А говорили, тут жизни нет!

Птица расправила большие — метра три в размахе — крылья, затем сложила их за спиной, выгнула шею, несколько раз клюнула кучу тряпья, на которой восседала, и, широко раскрыв клюв, задрала его вверх, проглатывая какой-то окровавленный комок. В клюве птицы отчетливо были видны острые зубы, а на крыльях Кирк успел заметить обрамление в виде коротких и хищно изогнутых когтей, перемазанных чем-то темно-красным.

— Тьфу, гадость какая! — поморщился Партиони. Только сейчас стало понятно, что это за куча тряпья, на которой устроилась птица. И только сейчас они заметили рядом с этой кучей длинное копье, которое не помогло его владельцу избежать своей участи.

Неизвестно, послужила ли эта птица причиной смерти человека (или чужого — теперь уже не разобрать), или же она просто воспользовалась обстоятельством, но зрелище было отталкивающее.

— Пошли, — тихо сказал Кирк. — Нужно найти какое-нибудь укрытие, где мы сможем поговорить…

— Вон там, — Тенчен-Син махнул рукой вдоль улицы, — через триста метров будет дом, в котором я уже останавливался. Там безопасно.

— Если там сейчас свободно, — проворчал Рогов.

— Там будет свободно, — нехорошо усмехнулся Тенчен-Син и вопросительно посмотрел на Кирка.

— Пошли, — решил Кирк, и Тенчен-Син, кивнув, зашагал в указанном направлении.

Кирк впервые оказался в Лабиринте. То, что тут называли улицами, действительно было похоже на самые обыкновенные улицы в каком-нибудь городе на планете индустриального типа. Мостовая была вымощена прямоугольными плитами, плотно подогнанными друг к другу. Стены домов облицованы такими же плитами, но гораздо меньшего размера. Сами дома были в основном двух- и трехэтажные, хотя где-то впереди и можно было разглядеть возвышающиеся над городом колонны более высоких зданий. Окна в домах были застеклены… когда-то. Сейчас оконные провалы щерились осколками запыленных стекол, и Кирк вдруг подумал, что этот город очень похож на человеческий. Невозможно было отвязаться от мысли, что его строили не люди, а Предтечи… Впрочем, что мы знаем о Предтечах, подумал Кирк. Может быть, они не очень-то и отличались от людей?..

Силового поля защитного экрана видно не было — изнутри оно казалось прозрачным — и восходящий Анкор заливал своими алыми лучами все вокруг. Дальше, километрах в двух отсюда, над домами бугром торчал радужный пузырь силового поля второй зоны, куда теперь и предстояло идти.

Дом, куда привел их Тенчен-Син, располагался прямо за поворотом, на пересечении внешней улицы и узенького переулка, уводящего в глубь первой зоны. Входная дверь — массивная, темного и неопределенного цвета — была закрыта, и к ней вели несколько обыкновенных ступенек. А на ступенях лежали останки двух скелетов, человеческого и альгатирейского — Кирк узнал чужого по вытянутому черепу. Среди выбеленных временем костей ржаво темнели две короткие толстые стрелы.

— Стойте! — громко произнес Тенчен-Син.

Он осторожно приблизился к двери, присел на корточки и приподнял каменную плиту на нижней ступени. Затем кассилианин запустил руку в образовавшееся отверстие и что-то с усилием там повернул. Послышался скрежет, затем раздался глухой звук удара, и Тенчен-Син облегченно улыбнулся.

— Теперь все в порядке, — заявил он, опуская плиту на место. — Можно идти.

Он первым поднялся по ступенькам и широко распахнул дверь. Из темной пасти дома пахнуло жаркой сыростью и затхлым воздухом.

— Надо же, а?! — покрутил головой Партиони. — Наша ящерка научилась управлять ловушками Предтеч?!

— Эта ловушка была создана не Предтечами, — проворчал Тенчен-Син. — Это моя собственная ловушка, чтобы оградить дом от любопытных обезьян… и прочих низших тварей, — Тенчен-Син бросил недовольный взгляд на скелет альгатирейца, — которые вообще непонятно, от кого произошли…

В доме оказалось жарко и темно, воздух был застоявшимся, с сильным запахом плесени и тлена.

— Тут безопасно, — сказал Тенчен-Син, чем-то громыхая в дальнем темном углу.

— Да уж, безопасно… — поморщилась Тас-Кса-Сит. — Пахнет отвратительно… И не слышно ничего…

Тенчен-Син несколько раз чем-то стукнул, и в углу вспыхнула искорка пламени. И через минуту кассили-анин вышел на середину комнаты, держа в руках ярко горящий факел.

— Здесь безопасно, — повторил он, втыкая факел в трещину между каменными плитами пола. — И здесь есть оружие…

— Толку-то с него, — буркнул Рогов. — С оружия этого… В Лабиринте…

— Здесь есть нужное оружие, — возразил Тенчен-Син. направляясь в глубь комнаты.