— Спасибо уж на том, что живу. — Найтхаук пробежался пальцами по густой гриве седеющих волос. — Потому-то мне и хотелось поселиться на отдаленной, малонаселенной планете вроде Перекати-Поля. Тут им не удастся застать меня врасплох, я сразу узнаю об их появлении.

— Возможно, — согласилась Сара. — Но так жить нельзя.

— И это говорит женщина, дожидающаяся, когда к ней пожалуют бандиты.

— Я от них спрячусь, расставлю им ловушки, и что бы ни случилось, в этой истории будет поставлена точка.

— В таких историях точки не ставятся, вот этому жизнь меня научила.

— Эти мерзавцы превратили моего сына в наркомана. Я на них донесла, и донесу снова, если появится такая возможность. — Она упрямо выпятила подбородок. — Я сделала то, что следовало сделать. И не боюсь последствий.

— Хорошо. — Найтхаук пожал плечами. — Если я не могу отговорить тебя, значит, так тому и быть. — Он двинулся по тропе. — Давай лучше полюбуемся птичками.

Следующий час они бродили по лесу, выискивая птиц, делясь воспоминаниями, отдыхая, наслаждаясь компанией друг друга. Найтхаука все сильнее влекло к Саре. И главную роль тут сыграла отнюдь не внешность: он никогда не западал на миниатюрных женщин или блондинок. Наверное, свою роль сыграли ее уверенность в себе и независимость, те самые черты характера, которые всегда приводили его в восхищение.

Наконец, они вышли из леса, сели в ее вездеход, оставленный на опушке.

— Возвращаемся в город? — спросила она.

— Почему нет? У меня есть там кое-какие дела.

— Хочешь присмотреть дом?

— Пока еще нет. Сначала мне надо пожить в городе несколько дней, почувствовать здешнюю атмосферу.

— Я думаю, это правильно. Недвижимость здесь не идет нарасхват. Дом, продающийся сегодня, будет продаваться и через неделю, и через месяц… скорее всего и в следующем году.

— Это хорошо.

— Ты уж не сочти, что я слишком любопытна, но… чем ты сейчас занимаешься?

— Главным образом выписываю счета. Если я хочу стать здешним гражданином, кому подавать заявление?

— У нас только одно правительственное здание, — ответила Сара. — Там сидят и мэр, и сборщик налогов, и инспектор по строительству, все. Наверное, и командующий армией, если она у нас есть.

— Значит, мне туда прямая дорога.

— Оно в соседнем квартале. — Сара притормозила, когда они миновали окраины и въехали на Главную улицу. — Если не возражаешь, подвезу прямо к двери.

— Отлично.

— Как насчет того, чтобы пообедать со мной, когда покончишь с делами?

— С удовольствием. — Вездеход остановился, Найтхаук спрыгнул на асфальт. — Приду сразу же. Много времени мне не потребуется.

Сара тронула вездеход с места, поехала к ресторану. Проследила за пересменкой и как раз составила список продуктов, которые хотела заказать на следующую неделю, когда в зал вошел Найтхаук.

В его внешности что-то изменилось. Ей потребовалось ровно две секунды, чтобы понять, что именно.

— Это еще что такое? — Она указала на сверкающую золотую звезду.

Он сухо улыбнулся:

— Раз уж я решил здесь обосноваться, негоже мне ходить в безработных.

Две недели Найтхаук жил как в раю. Вставал поздно, ел трижды на дню, большую часть времени проводил с Сарой Дженнер, а обязанности шерифа ему пришлось выполнять только один раз: успокаивал пьяницу, который и не думал сопротивляться.

— Может, они и не появятся, — предположил Киношита как-то после ужина, сидя у стола Найтхаука на удобном деревянном стуле. — В Галактике миллионы миров. Если им хватит ума, они откроют пару десятков новых каналов. Нет смысла держаться за одну планету, особенно в их бизнесе.

— На Перекати-Поле они прилетят, можешь не сомневаться, — возразил Найтхаук.

— С чего такая уверенность? Путей доставки наркотиков сколько хочешь.

— Здесь живет Сара, а они от нее не отступятся.

— А может, она все выдумала?

— Что-то мне не показалось, что у нее столь богатое воображение.

— Пожалуй, что нет, — согласился Киношита, помолчал, прежде чем добавить:

— Она вам все больше нравится, не так ли?

— Этим она нарушает какой-нибудь закон?

— Нет, разумеется, нет. Но я слышал, что у нее есть сын — сейчас он учится в колледже, — у которого были проблемы с наркотиками.

— Я не говорил, что мне нравится сын.

— Я думал, что его нельзя отделять от матери.

— Он на Аристотеле, — пояснил Найтхаук. — Так что мне не придется принимать участие в его воспитании. Кроме того, едва ли он вернется сюда. А если вернется, то с дипломом, которого, как я понимаю, никогда не было ни у тебя, ни у меня.

— Вы только не подумайте, что я сую нос в чужие дела. Просто тревожусь за вас.

— Я знаю. Не понимаю я другого — почему. — Найтхаук пристально посмотрел на Киношиту. — Я склонен полагать, что ты путаешь меня с моим клоном. Ты познакомился со мной лишь после того, как меня вывели из Глубокого сна. Ты, возможно, думаешь, что я — это он, но на самом деле это не так.