— Что же нам делать?! — ужаснувшись, воскликнула Кэти. Петершэм схватил ее за руку и потянул за собой.

— Для начала мы должны убраться с берега. Если они начнут стрелять, мисс, мы станем для них отличными мишенями.

Кэти побежала к дому, увязая ногами в песке. Петершэм держался у нее за спиной. Она всем сердцем призывала на помощь Джона — Джон уберег бы ее, уберег бы их всех, от любой опасности. Если эти корабли и вправду нападут на остров, она может никогда не увидеть его снова. Вернувшись назад, он может обнаружить, что она мертва — или исчезла, — и тогда он никогда не узнает о ребенке. Эта внезапная мысль тревожила ее больше всего.

Словно возвращенный ее молитвами, Джон нервно расхаживал по передней, когда Кэти и Петершэм, вскарабкавшись по утесу, наконец ворвались в дом. Он был насквозь вымокшим и сердитым. Издав короткий радостный крик, Кэти бросилась в его объятия. Он крепко сомкнул вокруг нее руки и, прижав к себе, не переставал сыпать ругательствами.

— Джон! О, Джон!

— Где ты была, черт возьми! Я тут с ума сходил! Разве ты не видела эти корабли?

— Да, да, я видела! Я так рада, что ты здесь.

— Как вы сюда пробрались, кэп? Я видел в подзорную трубу, что они окружили весь остров.

— Весь, кроме южного мыса. Они, должно быть, думают, что там нельзя пройти из-за рифов. «Маргарита» стоит в миле оттуда. Я добрался до берега вплавь. В рифах есть щель, она недостаточно широка для наших шлюпок, но я думаю, что рыбацкая лодка сможет там проскочить.

— Ах, Джон, они собираются напасть на остров? Почему? — Она откинула голову, чтобы взглянуть на его бронзовое от загара лицо. Он обнажил зубы в дикарской ухмылке.

— Мы пираты, моя милая, или ты это забыла? Время от времени на нас устраивают облавы. Это одна из наименее привлекательных сторон нашего промысла.

— Мастер Джон, мы будем драться?

— Да, будем, дьявол нас забери, — нам больше ничего не остается. С этого чертова острова никак не уйти — только через рифы, и у нас не хватит времени всех переправить.

Джон порывисто поцеловал девушку и отстранил ее от себя. Он заговорил сухим властным голосом:

— Петершэм, возьми мисс Кэти и веди ее к южному мысу. Ждите там, если будет необходимо, я пришлю кого-нибудь с лодкой или, если смогу, приду сам, чтобы вас переправить на «Маргариту». Я отдал приказ, чтобы корабль не трогался с места, пока вы не окажетесь на борту.

— Но, Джон, если ты пойдешь с нами, мы можем бежать с острова вместе, — трепеща, возразила Кэти. — Неужели ты хочешь сражаться с целой флотилией? Это невозможно, ты же погибнешь!

— С каких это пор, киска, ты стала военным стратегом? — вымученно пошутил он. — Делай, что я говорю, и все будет прекрасно.

— Не обращайтесь со мной как с неразумным ребенком, Джонатан Хейл! — вспыхнула Кэти. — Если бы ты действительно думал, что все будет прекрасно, ты бы не оставил «Маргариту» ждать меня около берега. Не говоря уже о том, что ты рисковал жизнью, пробираясь вплавь через коралловые рифы. Я никуда не пойду, ты слышишь? Я останусь с тобой.

— Не капризничай, Кэти, — утомленно произнес он. — Тебе не следует здесь находиться. Как, по-твоему, я смогу отбиваться

от этих чертовых кораблей, если буду постоянно волноваться, где ты и что с тобой случилось? Нет времени спорить. Иди с Петершэ-мом, он за тобой присмотрит, пока я не вернусь.

— Капитан прав, мисс. Вам лучше отсюда уйти, — тихо вставил Петершэм.

Кэти не обратила на него внимания; ее взгляд не покидал худощавого лица Джона. Вдруг он улыбнулся, и его глаза потемнели.

— Ладно? — спросил он. Эти серые глаза и обезоруживающая улыбка сломили упрямство Кэти.

— Ладно, — неохотно сказала она, сдавшись. — Но пообещай, что будешь осторожен. Ради меня.

Теперь эти слова приобрели особый смысл, хотя Джон этого и не знал. Он должен был проявлять осторожность не только ради нее, но и ради их общего ребенка

— Ради тебя, — повторил он торжественно, словно давал клятву, а затем ласково подтолкнул ее к спальне. — Иди возьми самый теплый плащ, он тебе может понадобиться. По ночам на море становится холодно.

Кэти покорно поплелась в спальню. Он настоял на своем — как всегда. Когда девушка вернулась в переднюю с плащом, перекинутым через руку, она услышала, как Джон торопливо договаривает: «…чтобы она обязательно попала назад к отцу».

— Кэп, вы еще не знаете, что… — начал Петершэм и осекся, увидев, что в дверном проеме появилась Кэти, которую слова Джона заставили побледнеть.

Джон медленно повернулся к ней лицом, тщетно пытаясь скрыть свой внезапный испуг. С хлынувшими из глаз слезами Кэти кинулась ему на шею.