Мужчина поймал Пибоди и легко поднял ее, не­смотря на свою худобу. Женщина повернулась – при этом ее длинная голубая юбка взвилась в воз­дух – и обняла Пибоди с другой стороны.

– Девочка моя! – Лицо мужчины светилось обожанием; Ева убрала руку с кобуры.

– Папа! – Издав какой-то странный звук – не­что среднее между всхлипыванием и хихиканьем, – Пибоди спрятала лицо на его шее.

– Я сейчас заплачу, – пробормотал Бэкстер, схватив очередное печенье. – Они пришли минут пятнадцать назад и принесли с собой кучу лакомств. От этих штук оторваться невозможно. – Он снова потянулся за печеньем.

Ева побарабанила пальцами по столу.

– А пирог был вкусный?

– Еще какой! – усмехнулся Бэкстер.

Женщина отпустила Пибоди и обернулась. Она выглядела очень привлекательной с ее темными, как у дочери, волосами, пышным водопадом спускающимися на спину. Из-под длинной юбки виднелись простые плетеные сандалии. Поверх желтой свобод­ной блузки висело не менее дюжины цепочек и брелоков.

Лицо ее было мягче, чем у Пибоди, а в уголках блестящих карих глаз виднелись морщинки, свиде­тельствующие о возрасте. Походкой танцовщицы она направилась к Еве, раскрыв объятия.

– Вы лейтенант Даллас? Я бы узнала вас где угод­но! – Женщина стиснула обе руки Евы. – Я Фиби, мать Делии.

Ее унизанные кольцами руки были теплыми, хотя и с грубоватыми ладонями. На запястьях позвя­кивали браслеты.

– Рада с вами познакомиться, миссис Пибоди.

– Фиби. – Она улыбнулась и притянула Еву к себе. – Сэм, отпусти девочку и познакомься с лей­тенантом Даллас.

Мужчина повернулся, все еще обнимая Пибоди за плечи.

– Очень рад. – Он пожал Еве руку. – Делия столько о вас рассказывала, что мне кажется, будто я давно вас знаю. Мы никогда не сможем достойно отблагодарить вас за то, что вы сделали для нашего сына.

Смутившись, Ева высвободила руку.

– Как поживает Зак?

– Очень хорошо. Уверен, он попросил бы пере­дать вам наилучшие пожелания, если бы знал, что мы приедем к вам.

Мужчина снова улыбнулся. Теперь Ева заметила сходство между ним и братом Пибоди. То же узкое лицо апостола, те же серые глаза. Но во взгляде Сэма Пибоди было нечто, заставившее Еву ощутить покалывание в затылке.

Этот человек не был таким безобидным щенком, как его сын.

– Передайте ему привет. Пибоди, ты свободна до конца дня.

– Благодарю вас, лейтенант.

– Это очень любезно с вашей стороны, – сказа­ла Фиби. – Не могли бы и вы уделить нам немного времени? Конечно, вы очень заняты, – продолжала она, прежде чем Ева успела ответить, – но, может быть, мы вечером пообедаем с вами и вашим мужем? У нас есть для вас подарки…

– Вы не должны ничего нам дарить!

– Подарки дарят не по обязанности, а по жела­нию, и мы надеемся, что они вам понравятся. Делия так много рассказывала нам о вас, о Рорке и о ва­шем доме. Наверное, это удивительное место. Хоро­шо бы нам с Сэмом представилась возможность по­видать его.

Еве казалось, будто она очутилась в большом сундуке, крышка которого медленно закрывается. Фиби продолжала безмятежно улыбаться, а Пибоди внезапно обнаружила живейший интерес к потолку.

– Вы можете прийти к нам пообедать, – вздох­нув, сказала Ева – а что ей еще оставалось?

– С удовольствием. Восемь часов вас устроит?

– Вполне. Пибоди знает дорогу. В любом случае добро пожаловать в Нью-Йорк. Я постараюсь что-нибудь… приготовить, – неуверенно закончила Ева и шагнула назад, ища путь к спасению.

– Я сейчас вернусь, – быстро шепнула Пибоди родителям и поспешила за Евой.

Прежде чем они подошли к двери ее кабинета, позади снова начался шум.

– Тут ничего не поделаешь, – со вздохом заметила Пибоди. – Мой отец обожает печь и всегда тас­кает за собой все необходимые принадлежности.

– Каким же образом они протащили все это в самолет?

– Они не летают. Должно быть, приехали на ав­томобиле с трейлером и пекли всю дорогу. – Пибо­ди улыбнулась. – Разве они не чудо?

– Да, но скажи им, чтобы они не приносили сладости каждый раз, когда придут тебя повидать. Кончится тем, что у нас появится куча разжиревших детективов, впадающих в диабетическую кому.

– Я прихватила для вас одну штучку. – Пибоди протянула ей печенье, которое держала за спиной. – Вернусь через пару часов – как только их устрою.

– Я же сказала – ты свободна до конца дня.

– Спасибо. Знаете… – Пибоди оглянулась и за­крыла за собой дверь кабинета. – Я должна вам кое-что сообщить насчет моей матери. У нее есть способность заставлять других делать и говорить то, чего они не хотят, – иногда даже лепетать, как ребе­нок.