Его руки скользнули по ее бешено двигавшимся бедрам. Кровь застучала в висках, голова закружилась. Какое-то мгновение он видел только ее глаза, горевшие синим огнем, словно сапфиры.

Он прижался губами к ее груди, и пропасть страсти развернулась перед ними.

Рипли остановила патрульную машину. Совсем рядом Нелл разгружала багажник своего «Бьюика». Солнце зашло, остров хлестали порывы холодного северо-восточного ветра, туристы забились в гостиницу, согреваясь кто горячим, кто горячительным.

Большинство местных жителей благоразумно сидели дома. Кто-то смотрел телевизор, кто-то заканчивал обедать. Рипли не могла дождаться, когда сможет сделать то же самое.

Поговорить наедине подругам не удавалось с того вечера, когда Нелл приходила к Заку.

– Для конца трудового дня слишком поздно, а для начала – слишком рано, – заметила Рипли.

Нелл подхватила коробку и зябко повела плечами. Отороченный мерлушкой жакет, который она выписала по почте с материка, от холода не спасал.

– Второе начало. В книжном клубе, которым руководит Майя, закончились летние каникулы. Сегодня первое заседание.

– Понятно. – Рипли вылезла из машины. На ней были любимая старая летная куртка и туристские ботинки. Бейсболка уступила место гладкой шерстяной шапочке. – Тебе помочь?

– Не откажусь. – Довольная тем, что отношения их не испортились, Нелл локтем показала на вторую коробку. – Это угощение. Примешь участие?

– Ни в коем случае.

– Разве ты не любишь читать?

– Нет, читать я люблю, но терпеть не могу сборищ. Клубы состоят из людей, – объяснила она. – А люди эти в основном женщины.

– Но ты же их всех знаешь, – возразила Нелл.

– В том-то и дело. Эти наседки главным образом сплетничают. А обсуждение книг – для них только благовидный предлог, под которым можно удрать из дома.

– Откуда ты знаешь, если не ходишь на заседания?

– Шестое чувство.

– Ладно. – Нелл подхватила коробку поудобнее, и они направились к черному ходу. Несмотря на непогоду, шалфей Майи цвел так же пышно, как в разгар лета. – Именно поэтому ты и отвергаешь Ремесло? Потому что для этого нужно принимать участие в сборищах?

– Было бы достаточно и этого. Кроме того, я не люблю, когда мне постоянно талдычат, что я, мол, не имею права прерывать то, что началось за триста лет до моего рождения Чушь.

От порыва ветра ее «конский хвост» взметнулся, как толстый кожаный кнут. Однако Рипли не обратила внимания ни на это, ни на холодные пальцы ветра, упрямо пытавшиеся забраться под ее летную куртку.

– Лично я предпочитаю заниматься настоящим делом, а не хихикать над котлом с колдовским варевом. Не хватало еще, чтобы люди думали, будто я надеваю остроконечный колпак и летаю на помеле.

– Насчет двух первых причин спорить не стану. – Нелл открыла дверь и нырнула в уютное тепло. – Но последние критики не выдерживают. Я никогда не слышала, чтобы Майя хихикала над котлом. И разве кто-нибудь полагает, что она вот-вот вскочит на помело.

– А если бы вскочила, я бы ничуть не удивилась. – Рипли вошла в магазин и кивнула Лулу. – Привет, Лу.

– Привет, Рип. – Лулу продолжала расставлять складные стулья. – Решила присоединиться к нам?

– А что, рак на горе уже свистнул?

– Не слышала. – Она потянула носом воздух. – Неужели имбирные пряники?

– Только одна коробка, – ответила Нелл. – Как, по-твоему, лучше разложить угощение?

– Решай сама. Майя еще наверху. Если не понравится, она скажет.

Нелл поставила благоухавшую коробку на заранее приготовленный стол Настороженность Лулу по отношению к ней уменьшилась, но еще не исчезла. Приручить ее было для Нелл делом чести.

– Как ты думаешь, я могу остаться на обсуждение? Лулу подозрительно посмотрела на нее поверх очков.

– Ты читала эту книгу?

Черт побери… Нелл поставила на стол блюдо с пряниками, надеясь, что запах станет ее союзником.

– Вообще-то нет. Я только на прошлой неделе узнала про заседание клуба.

– Час в день на чтение может выделить каждый. Даже самый занятой из нас.

– Лулу, не будь сукой.

Реплика Рипли заставила Нелл онеметь. Но когда она украдкой покосилась на Лулу, то увидела, что та довольно улыбается.

– Не могу. Это моя сущность. Если она останется, – Лулу показала большим пальцем на Рипли, – то можешь остаться тоже.