Он прикоснулся к ее руке и она, собрав мужество, встретила его взгляд.

— Если ты можешь простить меня еще раз, — сказал он, — то всю оставшуюся жизнь я буду доказывать тебе свою любовь.

— Я хочу попросить тебя об одной вещи, — поколебавшись, ответила она.

Взяв обе ее руки в свои, он подошел совсем вплотную к ней.

— Я исполню любое твое желание.

— Подожди давать обещания. Я хочу, чтобы ты отказался от этой безумной идеи о мести. Каждый день ты отдаешь ей частичку своей души и обедняешь тем самым нашу любовь. А Черный Джек способен погубить нас обоих.

Она ждала, огромным напряжением воли сдерживая страх. Наклонив голову, Кристиан поцеловал ей руки, потом опять посмотрел прямо в глаза.

— Секунду назад я собирался вскочить на коня и гнаться за Черным Джеком до тех пор, пока один из нас не упадет. Но осознал, что у меня слишком болят руки и, возможно, я и на лошадь-то сесть не сумею, не то что нестись во весь опор. А потом мне пришла в голову странная мысль. — Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку. — Я вдруг понял, что преследую Джека по привычке, а не по необходимости. Я потерял к нему интерес.

— Правда?

— Знаешь, что занимает в данный момент мои мысли?

Она покачала головой.

— Какое наказание придумает для меня мой маленький дракон за то, что я в нем усомнился.

Она бросилась к нему и, обхватив руками за шею, разрыдалась. Со стоном положив руки ей на талию, Кристиан забормотал слова утешения. Но Нора зарыдала еще сильнее.

— Т… тебя могли у… убить…

— Прости меня.

— Никогда б… больше не д… делай так.

— Не буду.

Захлебываясь слезами, она тем не менее почувствовала, как его губы прижались к ее уху.

— Нора, не надо. Если ты не перестанешь плакать, я возьму тебя на руки, а руки у меня болят. Ты же не захочешь, чтобы мне было больно.

— О, твои руки. — Она отстранилась от него, вытирая слезы. — Очень больно?

— Они словно налиты свинцом.

— Это для тебя заслуженное наказание, — подал голос граф. Он сидел неподалеку на бревне, вытирая меч.

— Сир, — начал Кристиан.

— Придержи язык, беспутник. У меня по твоей милости испорчено настроение. Не люблю, когда приходится спасать твою жизнь до обеда.

Нора хихикнула, но тут же прикрыла рот рукой, поймав грозный взгляд мужа. Она умиротворяюще положила руку ему на грудь.

— Ты не хочешь узнать, почему я попросила твоего отца отправиться за тобой вслед?

— Расскажи, сделай милость.

— Если бы ты удосужился выслушать Иниго, ты узнал бы, что ему сообщили об исчезновении Джека из города. Бедняга примчался предупредить тебя, но ты не стал слушать, а погнался за Блейдом. Тогда он рассказал об этом мне. Ох, у меня чуть сердце не остановилось от страха за тебя.

Кристиан начал было поднимать руку ко лбу, но, поморщившись, опустил ее.

— Я начинаю думать, что все эти заклятья старухи Винни подействовали неправильно и повредили мне мозги.

Нора улыбнулась мужу. Одежда его была в беспорядке, лицо в грязи, но это не имело для нее никакого значения, ее влекло к нему с непреодолимой силой без всяких заклятий. Камзол и рубашка под ним были порваны, обнажая гладкую, влажно поблескивающую кожу.

Она еще не решила, как отнестись к взрыву его дикой ревности. Теперь, когда он успокоился, она поймала себя на том, что испытывает нечто вроде благоговения. Он ревновал. По тому, как он смотрел на Блейда, она поняла, что он еще не простил юношу окончательно. Бедняга Блейд помогал людям графа связывать пленников и старался держаться подальше от молодого лорда.

Голос Себастьяна отвлек Нору от ее размышлений. Граф раздраженно отчитывал сына:

— Если бы ты с самого начала вел себя как положено, она бы бросилась к твоим ногам и тебе не пришлось бы ревновать к восемнадцатилетнему юнцу. Боже милостивый, я видел, как ты очаровывал пресыщенных распутниц и придворных матрон, исполненных добродетели. Как же получилось, что ты не смог вновь завоевать расположение кроткой нежной девушки?

Подойдя ближе, Нора увидела выражение горя и стыда на лице мужа; она взяла его руки в свои.

— Пожалуйста, милорд, — обратилась она к графу, — ваш сын завоевал мое расположение и вернул мою любовь несколько дней назад.

— Тебе не нужно лгать ради меня, — сказал Кристиан.

— Это не ложь. Просто я ужасная трусиха. Я боялась поверить тебе снова, пока не увидела, как ты варишь свое любовное зелье в обществе Ката. Раньше ты казался мне таким… таким… в общем, ты пугал меня, и тут вдруг я увидела, как ты пытаешься околдовать меня, произнося магические заклинания, взяв в помощники щенка.