— Он сумасшедший, — сказала она.

— Сумасшедший, конечно, сумасшедший, — подтвердила Хобби. — Он грабитель, убийца, насильник.

— Как мог Бог создать такого человека — такой… такой приятной внешности и дьявола в душе?

— Не ломайте голову над этим, госпожа. Он законченный злодей, ему перерезать вам глотку — что раз плюнуть.

— Я знаю. — Теа наклонилась и зашептала Хобби:

— Ты можешь бежать быстро и долго? Мы должны удрать этой ночью. Кто знает, что с нами станет, когда он устроит своих людей.

— Я смогу.

— Хорошо. Я подожду удобного случая, и ты тоже. — Она огляделась, мужчины заботились о лошадях и разжигали огонь. Стабб наблюдал за ними, как только разгрузил чересседельные сумки.

— А сейчас мне необходимо уединиться.

Хобби указала на место на окраине поляны, где были густые заросли. Она дошла до них, не встретив сопротивления. Теа углубилась в лес. Хобби остановилась у края, на страже. Теа нырнула в кусты, ища самые густые. Отбросив в сторону низко растущую ветку, она обогнула дуб. Вдруг высокая фигура встала на ее пути. Прежде чем она среагировала, ее прижали к дереву, и она ощутила на себе мужское тело.

Ее держал, насмехаясь, Робин Саваж. Она бросила испуганный взгляд на него, но он не смотрел на нее. Он был поглощен изучением ее губ. Его гнев спал, и по выражению его лица было видно, что буря затихает. Он приблизился к ней и зашептал в ее ухо, от чего у нее по позвоночнику пробежал холодок.

— Убегаешь, несмотря на мои предостережения, маленькая папистка.

Теа почувствовала его ногу между своих бедер. Он прижался к ее груди, заставив ее сердце громко забиться. Он взглянул ей в глаза и прошептал:

— Непослушная девчонка. Теперь я должен наказать тебя.

Дерри шагнул на поляну и увидел, как Теа Хант и ее служанка скрылись в деревьях, в то время как Стабб снимал седло со своей лошади. Подойдя к слуге, он подождал, пока Стабб положит седло на землю, и криво улыбнулся.

— Ну как, хороший денек?

— Да, мой ло… Робин. Давненько не бывал здесь.

— Однако плохо, что вы уже упустили наших пленников.

Стабб суетливо огляделся, потом снова посмотрел на своего хозяина и вытер руки о штаны.

— Они только что были здесь.

Отвесив Стаббу подзатыльник, Дерри побежал к деревьям.

— Они направлялись к тому дереву с расколотым стволом. Ты поищи служанку, а я найду госпожу. И пока не найдешь ее, не возвращайся.

Дерри нырнул в глубь леса снова, разбрасывая в сторону ветки. Он чувствовал огонь в груди, тот самый огонь, который он вынес из Тауэра, тот огонь, который всегда жег его, когда он имел дело с католиками. Он даже был почти доволен, что госпожа Хант убежала.

Ему не очень-то нравилось это поручение — схватить женщину и принудить ее раскрыть тайну. Но, когда она начала бороться с ним, он понял, что она не робкого десятка. Вместо того чтобы рыдать, как сде-лали бы большинство женщин, она действовала. А неплохо бы позабавиться с ней, после того как он закончит это дело.

Прочесывая местность, где он недавно видел Тею Хант, он заметил блеск зеленого платья среди серо-коричневых стволов. Он прислонился к толстому дубу. Девушка подходила все ближе. Он встал у нее на дороге, так что она налетела на него и от неожиданности закричала, затем схватил ее и прижал своим телом к стволу дерева.

— Убегаешь, несмотря на мои предостережения, маленькая папистка.

Его глаза пробежались по ней и наткнулись на блестящую золотую пуговицу. Он вспомнил, кто она такая. Уставясь в ее глаза, он прошептал:

— Непослушная девчонка. Теперь я должен наказать тебя.

Запустив руку в ее волосы, он наклонился к ее рту. Она попыталась увернуться, но он крепко держал ее голову. Он коснулся ее губ и запустил язык между ними. Он почувствовал ее дыхание и немного отодвинулся, чтобы взглянуть на нее. Она дышала часто и прерывисто, кровь схлынула с ее лица, так что ее волосы казались даже темнее обычного. Он ухмыльнулся и прижался к ней бедрами, заставив ее замереть и затаить дыхание.

— Может, разрешить тебе самой выбрать себе наказание? — Она не ответила, и он продолжил:

— Нет, ты права. Я гораздо лучше разбираюсь во всем этом.

Он поймал ее взгляд, когда переместил свой вес. Сжав ее кисти за спиной одной своей рукой, он ухватился за золотую пуговицу, следующую за той, которую он оторвал раньше. Оторвав ее от платья, он увидел, как Теа напряглась и дернулась от него. Несомненно, она пересмотрела свои действия и решила изобразить из себя беспомощную девушку.