Морган крикнул вслед отцу:

— Мы остаемся!

Виконт остановился и проговорил, не оборачиваясь:

— Брось его в Черную башню. Три дня, и я выкину вас обоих в реку.

— О Боже, эти старики! — проговорил Дерри. — Как они желают смерти! Какой утомительной находят они свою жизнь в медленной череде дней!

Виконт Морефилд обернулся и одарил своего сына взглядом, полным отвращения, потом продолжил свой путь в залу. Вдруг Дерри отшвырнул Тею. Чувство жалости к нему пропало.

— Итак, — сказала она, — разбойник знает Еврипида. — Она сжала зубы. — Да уж, пятнадцать букв в алфавите.

Дерри резко повернулся к ней и упал бы, если бы его не подхватил Морган.

— Предательница, — прошипел он.

— Лжец. Когда ты собираешься возвратить мне Хобби, ты, бесчестный выродок?

Морган закряхтел в раздражении.

— Сдерживайте себя, госпожа Хант.

Она поняла руки.

— Подлая лживая скотина вздумала осуждать меня.

— Тихо оба! — Морган усадил своего брата на лошадь и взгромоздился сам. — Пошли, госпожа, он совсем не отдохнет, если тебя не разместят отдельно. Мы направляемся к Черной башне.

— И на этот раз не пытайся убежать, — добавил Дерри. — Стража предупреждена насчет тебя.

Теа села на свою лошадь и последовала за братьями вокруг главной залы, мимо конюшен, садов и цветников за укрепленные ворота. Пока они ехали, раздавались возбужденные крики виконта. Он проклинал своего собственного сына, своего наследника. Что это за люди, которые ненавидят собственных сыновей, или каким должен быть сын, чтобы вызвать гнев отца? Глядя на опущенные плечи Дерри, она вспомнила, как жестоко обращались братья друг с другом. Боже милостивый, из-за чего же так враждуют эти трое?

Они взобрались по крутому склону на вершину замка, где река делала изгиб в форме буквы «V». Там возвышалась башня почти двести футов высотой. Когда они приблизились, темные камни почему-то поблекли, и Теа поняла, что время сделало более насыщенным серый цвет булыжников, из которых была построена башня. Сооружение казалось черным только с расстояния.

Она пошла за Морганом, который помогал Дерри. Потом на выручку подоспел Стабб, сопровождавший Дерри вверх по винтовой лестнице. С ними следовали слуги с едой и багажом. Все относились к Дерри с почтением и опаской. Они поднимались все выше и выше, пока не добрались до самого верха. Там были две комнаты. Дерри исчез в одной. Иниго провел Тею в другую.

Она не успела обследовать свое новое жилище, как услышала возбужденные голоса братьев, они опять спорили. Она обнаружила их обоих в соседней комнате. Морган стоял над братом, который полулежал на узкой кровати.

— Это должно быть сделано быстро. А она уже имела дело с шифрами?

— Нет, — сказал Дерри.

— Кровь Господня, — выругался Морган. — У нас нет времени на споры. Шифровки должны быть переведены, а ты еще не оправился после того зелья. Я не могу сделать это, так как должен заняться священником, если ты не хочешь, чтобы он нашел нас.

— Она предала нас священнику, Морган.

Морган всплеснул руками.

— Она сказала, что не предавала нас; кроме того, ей требуется только прочитать то, что ты скажешь. Посмотри-ка, что твои препирательства сделали с тобой. Ложись, пока ты не свалился.

— Как трогательно. Я думал, ты жаждешь расправиться со мной.

— Ну, мы подождем, пока ты будешь в состоянии защитить себя.

Морган покинул комнату, оставив их одних. Теа взглянула на равнодушное лицо Дерри и заспешила выйти. Дверь закрылась перед ее носом. Она забарабанила в нее кулаками.

— Морган Сент-Джон, иди сюда немедленно! Морган!

— Прекрати орать.

Она оглянулась на Дерри и подошла к нему.

— Это ты виноват.

— Неужели? Разве я похож на развращенного священника?

Он лежал на кровати, закрыв руками глаза. От ярости кровь ударила ей в голову.

— Ах ты гадина! Ты несправедливо обвиняешь меня, в то время как именно ты… ты… — Она не могла придумать достаточно грубые слова.

Дерри поднял руку. Глянув на нее мутными глазами, он указал на стол, где находились принадлежности для письма.

— Тогда докажи свою честность, пиши то, что я скажу.

Она вздернула подбородок и заявила:

— Я не должна ничего доказывать.

Опустив ноги на пол, Дерри сел на кровати. Заподозрив что-то, Теа бочком подошла к закрытой двери. Он встал, расставив пошире ноги, и засунул большие пальцы за пояс. Она совсем забыла, насколько он превосходит ее в весе. И хотя он не двигался, он казался таким же высоким, как и Черная башня.

— Я недостаточно хорошо вижу, чтобы писать, но я вижу тебя, Теа, bella, — сказал он тихо. — Я думал, ты поняла, что такое быть моим врагом.